Джеймс Макферсон - Поэмы Оссиана

{* Это сравнение весьма соответствует внешнему виду Рос-краны, ибо представления о духах покойников были в те времена не столь мрачны и неприятны, как в последующие века. Предполагалось, что духи женщин сохраняют красоту, какой обладали при жизни, и что они переносятся с места на место тем скользящим движением, которое Гомер приписывает богам. Поэты, менее древние, чем Оссиан, оставили нам весьма изящные и яркие описания этих красивых видений, являвшихся иногда на холмах. Они сравнивали их с _радугой над потоками_ или с _солнечными лучами, скользящими по холму_. Я переведу здесь отрывок из одной старой песни, где эти образы следуют один за другим.

Некий вождь, живший три века назад, возвращаясь с войны, узнал, что его жена или возлюбленная умерла. Бард вкладывает в его уста монолог, произносимый при виде места, где он покинул ее, расставаясь.

"Моя душа печалью омрачилась. Не видно дыма над моим чертогом. Серый пес не скачет у потока. Тишина царит среди деревьев.

Радуга ль встает над Крунатом? Прочь она летит - и небо потемнело. Вновь стремишься ты, сияя, по равнине, солнца луч, окутанный дождем! То она, она, любовь моя, так легко скользит по груди ветров!"

В последующие времена красота Рос-краны вошла в поговорку, и нельзя было польстить женщине больше, чем сравнив ее внешность с дочерью Кормака.

'S tu fein an Ros-crana.

Siol Chormaec na n'ioma lan.

[Ты - сама Рос-крана, семя Кормака многих мечей (гэл.)].}

Три дня на Мой-лене мы пировали; образ девы, сияя, вставал в моей смятенной душе. Кормак заметил, что я омрачился. Он отдал мне белогрудую дочь. Она подошла, потупя очи, осененная волнами тяжких кудрей. Она подошла... Вдруг заревела битва. Явился Колк-улла; я схватил копье. Меч мой поднялся вместе с войском моим на полчища супостата. Племя Алнекмы бежало. Колк-улла, сраженный, пал. Фингал воротился со славой.

Тот лишь прославлен, о Филлан, кто бьется плечом к плечу со своим народом. Следует бард по его стопам через землю врагов. Но кто в одиночку бьется, тот немного деяний своих передаст временам грядущим. Сегодня сияет он ярким светом. Завтра падет сраженный. В единственной песне слава его. На единственном темном поле имя его. Память о нем только там, где густою травой зарастает его могила".

Так говорил Фингал на оленьей Море. С утеса Кормула полилась сладостная песнь трех бардов. Под звуки ее сон опустился на широко простертое войско. Сопровождаемый бардами, Карил вернулся с могилы короля Дун-лоры. Глас денницы уже не дойдет до мрачного ложа героя. Не услыхать тебе больше косуль, что скачут над тесным твоим жилищем.

Как возмущенные тучи клубятся над зыблемым морем вокруг метеора ночного, озарившего их края, так сгрудился Эрин вокруг короля Аты, что стоял, мерцая доспехами.* Он среди всех возвышался и беззаботно вздымал временами копье под звуки далекой арфы Фонара, звеневшей то громче, то тише.

* Поэт переносит действие в ирландский лагерь. Представленные здесь образы великолепны, и они обладают своего рода _ужасной красотой_ (если можно так выразиться), которой так часто отмечены сочинения Оссиана. Беспорядочное движение войска и спокойное беззаботное поведение Кахмора составляют противоположность, которая, как я уже замечал, придает описанию возвышенность и рассчитана на то, чтобы оживить поэзию.

Близ него оперлась на утес синеглазая Суль-мала, белогрудая дочь Конмора, короля Инис-хуны.** Однажды на помощь ему пришел лазоревощитный Кахмор и отбросил его врагов. Суль-мала узрела вождя величавого в чертоге пиров. Не равнодушно взирал и Кахмор на длинноволосую деву.***

** Sul-malla - _медленно поводящая глазами_. Caon-mor - _кроткий и высокий_. Inis-huna - _зеленый остров_.

*** Для разъяснения этого места я приведу историю, на которой оно основано, извлеченную мною из других поэм. Народность фирболгов, обитавшая на юге Ирландии и происходившая от белгов, которые владели южным и юго-западным побережьем Британии, на протяжении многих веков поддерживала дружественные сношения со своей прародиной и посылала помощь британским белгам, когда на тех нападали римляне или другие пришельцы с континента. Когда Конмор, король Инис-хуны (той части южной Британии, что лежит напротив ирландского побережья), подвергся нападению некоего неприятеля, имя которого не сохранилось, он послал за помощью к Карбару, государю Аты, самому сильному вождю среди фирболгов. Карбар отправил ему на подмогу своего брата Кахмора, который, испытав немало превратностей военного счастья, закончил войну полным разгромом врагов Инис-хуны и вернулся с победой в чертоги Конмора. Там, на пиру, дочь Конмора Суль-мала без памяти влюбилась в Кахмора, но прежде чем ее любовь открылась, он был отозван в Ирландию своим братом Карбаром, получившим известие о том, что Фингал замыслил поход с целью восстановить династию Конара на ирландском престоле. Противный ветер вынудил Кахмора оставаться три дня в соседней бухте. Тем временем Суль-мала переоделась в платье молодого воина и пришла к нему, предлагая свои услуги на войне. Кахмор согласился, поплыл в Ирландию и прибыл в Ольстер за несколько дней до смерти Карбара.