Роберт Маклосски - Приключения Гомера Прайса

Мисс Тервиллигер продолжала идти, и нитка за ней продолжала разматываться, словно она держала в руках не простую корзинку с жалкими остатками ниток, а волшебную - с неиссякаемым запасом пряжи.

Три четверти круга... "Ну, все!" - вздохнул Гомер. Нет, мисс Тервиллигер по-прежнему шла размеренным шагом в своем платье сине-желто-малинового цвета с розовой каймой внизу, и в правой руке у нее была корзинка, а в левой, как вы уже помните, зонтик.

Последние футы дистанции. Шериф и дядюшка Телемах ускорили шаг и обогнали мисс Тервиллигер... И вот они остановились рядом, не дойдя полдюжины футов до судейской будки, напротив главного входа. Остановились на одной линии.

Ипподром замер...

- Я выиграл!!! - закричал вдруг во все горло дядюшка Телемах, и все зрители, как один, вздрогнули. - Смотрите! Судья! У шерифа конец веревки приклеен к грецкому ореху, а у меня нет! Значит, мой клубок длиннее!.. Я выиграл! Слышите?!

Послышались ликующие крики:

- Ура, Телемах! Да здравствует Телик! Пламенный привет чемпиону мира по собиранию веревок! Ура!.. Мо-ло-дец!..

Когда шум постепенно затих, все услыхали негромкий тонкий голос:

- А ведь выиграла я!

И тут каждый из присутствующих увидел, что мисс Тервиллигер стоит прямо возле судейской будки напротив главного входа; стоит в своем новом розовом платье с сине-желто-малиновой отделкой вокруг шеи... И в правой руке у нее корзинка, а в левой, как вы уже прекрасно помните, зонтик!..

Судья выскочил из будки, подбежал к мисс Тервиллигер, выхватил из ее рук желтый конец нитки, поднял высоко в воздух и провозгласил:

- Я объявляю победителя в этом матче первым чемпионом мира по собиранию веревок!..

И долго не умолкали приветственные возгласы в честь мисс Тервиллигер.

Дядюшка Телемах (серебряная медаль) и шериф (бронзовая медаль), как им ни было обидно, нашли в себе силы сразу подойти и поздравить мисс Тервиллигер с победой.

Они были огорчены не столько поражением, сколько тем, что вновь остается все та же неопределенность в их взаимоотношениях с мисс Тервиллигер и друг с другом...

Надо сказать, что не было, наверно, на всем ипподроме ни одной женщины, которая с удовлетворением бы не заметила, с какой ловкостью и находчивостью мисс Тервиллигер выхватила знамя победы из рук противников. И женщины не удивились этому. Потому что, во-первых, они всегда знали, как умна мисс Тервиллигер, а во-вторых... во-вторых, чего не придумает женщина, если не хочет лишиться ни одного из своих поклонников!

Конечно, и некоторые из мужчин - наиболее наблюдательные, такие, как, скажем, Гомер - поняли, что придумала мисс Тервиллигер для того, чтобы добиться победы.

Но они почти ни словом не обмолвились об этом, а если их языки и развязались, то лишь после того, как мисс Тервиллигер согласилась выйти замуж за дядюшку Телемаха. Это случилось через неделю после закрытия ярмарки. Свадьбу закатили на славу, и самым почетным гостем был шериф.

Дядюшка Телемах и его жена давно уже уехали посмотреть на Ниагарский водопад, а гости все еще пили пунш в их доме и ели свадебный пирог и пончики, не говоря уже про знаменитых жареных цыплят.

- ...Да, - сказал шериф Гомеру на пятый день празднования. - Свавная была сладьба... то есть я хотел сказать - славная свадьба. Ничего не скажешь.

Он обсосал грудную косточку очередного цыпленка, взял двумя пальцами дужку - некоторые называют ее "бери да помни", - повертел в руках и вздохнул. Но он недолго оставался печальным, через минуту взор его прояснился, и шериф сказал:

- А ты знаешь, они пригласили меня обедать у них каждый четверг.

И еще через минуту он добавил:

- Я думаю, это будет очень порошая хара... то есть я хотел сказать хорошая пара. Они вместе пойдут по жизни, собирая веревки.

- Да уж, - сказал Гомер, - теперь их никто на свете не обгонит.

- Ты прав, парень. Никому не намотать столько веревок, сколько у них у двоих...

А я, пожалуй, начну теперь собирать бумажные мешки или эти... как их... каночные брышки... то есть хотел сказать - баночные крышки!

Глава 5. СЕНТЕРБЕРГСКИЙ МЫШЕЛОВ.

После закрытия ярмарки жизнь в городе Сентерберге вошла в обычную колею. Гомер и его друзья снова сосредоточили главные силы на арифметике и баскетболе, а взрослые занялись своими делами и старались их вести так, чтобы во всем была тишь да благодать. До выборов в городское управление оставался месяц с лишним, и сторонники демократической и республиканской партий еще не начали спорить о том, как лучше управлять городом. Члены Женского клуба тоже пока ни с чем не боролись, дядюшка Одиссей не приобретал новых автоматов для своего кафе...