Александр Соболев - Ефим Сегал, контуженый сержант

Все может быть, подумал Сегал. Он вспомнил, как еще до войны ему, корреспонденту городской газеты, приходилось писать о так называемых точках общепита. И даже тогда, когда в московских продовольственных магазинах и на колхозных рынках и в мясе, и в рыбе, и в прочей снеди недостатка не ощущалось, да и цены были божескими, некоторые заведующие столовыми, буфетами, повара и шеф-повара - воровали, с разным размахом, но воровали.

Можно себе представить, думал Ефим, сколько жуликов расплодилось и что они вытворяют теперь, в войну, когда каждый кусок мяса, хлеба, масла - на вес золота! А, главное, когда и силы, и внимание народные сосредоточены на фронте. Не до контроля за общепитовцами: есть дела поважнее!.. Жуликам раздолье в такой обстановке.

* * *

Комбинат питания, или фабрика-кухня, как гласила вывеска, оказался довольно крупным и сложным предприятием. В. разных его службах было занято более двухсот человек.

Для начала, прикинул Ефим, надо узнать, сколько расхитителей поймано и обезврежено на комбинате за годы войны, кто именно. Он задал эти вопросы заведующей бытовым сектором завкома профсоюза Елене Пантелеевне Лисичкиной. Цветущая, полногрудая дама с чуть седоватым перманентом озадаченно посмотрела на Ефима и в свою очередь спросила:

- Вы откуда будете, молодой человек?

- Я представился вам: из редакции, новый сотрудник.

- А мне показалось, из милиции, - недоуменно пожала плечами Лисичкина. - Какое дело редакции, кого поймали, кого посадили на комбинате... Мы, завком, и то этим : не интересуемся и вам не советуем. На это есть прокурор, милиция...

Небольшие карие глаза ее были поразительно схожи с глазами Яшки-кровопийцы. Она то и дело отводила их в сторону, избегая встречи с тазами Сегала.

- А как, на ваш взгляд, кормят в столовых комбината? Это уж, надеюсь, дело завкома, а не милиции?

- Ну... - не сразу ответила Лисичкина, - как кормят, так кормят... Обыкновенно. Время военное, не до разносолов, сами понимаете, товарищ корреспондент.

- Так-то оно так, - возразил Ефим, - но, по-моему, кормят очень плохо даже для военного времени. Мне комбинатовские угощения прекрасно известны: я полгода на них живу. Сказать честно, они у меня поперек горла стоят. Вероятно, и вы питаетесь в заводской столовой? Каково ваше личное мнение о ней?

- Я человек больной, - страдальчески проговорила Лисичкина, - поэтому дважды в день пользуюсь диетпитанием.

Румяное сытое лицо завкомовской дамы никак не вязалось с ее сетованием на плохое здоровье.

- А жалобы от посетителей поступают в завком? - спросил Ефим.

- Поступают. И что? Мало ли недовольных! В комбинат ходят тыщи, всем не угодишь...

Зазвонил телефон. Лисичкина взяла трубку.

- Завком слушает. Василий Данилович?.. Сию минуту иду. - Она положила трубку, заторопилась. - Советую вам, молодой человек, обратиться к товарищу Дуганову, старшему мастеру из ремонтно-механического... Он у нас голова заводского рабочего контроля.

Минут через двадцать Сегал беседовал с Дугановым, грузноватым человеком, лет шестидесяти, седоусым, медлительным.

- Да, действительно, - подтвердил Дуганов, разминая, но почему-то не прикуривая папиросу, - действительно, я возглавляю рабочий контроль больше трех лет. Комбинат питания?.. Наши контролеры обнаруживали там отдельные фокусы, но чтоб через меру — имею в виду уголовные преступления, то таковых нами не обнаружено. Сам я в столовую не хожу, обедаю дома. Вот... — Дуганов, наконец, раскурил папиросу, - больше ничего сообщить не могу. У меня человек тридцать помощников, вот они и контролируют, когда возможность есть, шастают по столовым, магазинам. Но и у них свободного времени в обрез. Так что...

Дуганов продолжал говорить, но Ефим его уже не слушал. Ему стало ясно: ни рабочий контроль, ни завком серьезно комбинатом питания не занимаются. Живется комбинатовским работникам - как крысам в хлебном амбаре, где и духом кошачьим не пахнет, и ни одной крысоловки не поставлено. Остается побывать в районном ОБХСС.

Начальник ОБХСС в чине капитана, немолодой человек с тупоносым лицом, встретил Ефима молчаливым вопросом: чего, мол, пожаловал?

Ефим отрекомендовался:

- Сотрудник газеты «Все для победы».

- Капитан Алимов. Прошу, присаживайтесь. Слушаю вас.

Ефим коротко изложил цель визита.

Капитан приподнял белесые щетинистые брови, отчего на лбу его обозначились две ровные морщины, постучал костяшками согнутых пальцев о край стола, он словно что-то вспоминал, но вспомнить никак не мог.