Чарльз Сноу - Наставники

- Что ж, это сильный довод, - сказал Кристл.

- Единственное, что я могу сделать, - продолжал Браун, - это послать ему записку с извещением, что некоторые его коллеги решили поддержать на выборах Джего. Я напишу ему, что в воскресенье у нас состоится рабочее совещание, а поэтому мы приглашаем только тех, кто уже сделал окончательный выбор.

- К сожалению, я должен признать, что вы правы, - сказал Кристл.

На том они и порешили. А я подумал, что их огромная влиятельность в колледже становится вполне понятной, когда убеждаешься, что, даже делая политику, они остаются доброжелательными и тактичными. Я знал, что успешно и долго управлять своеобразным сообществом колледжа можно только в том случае, если пользуешься доверием коллег. И большинство доверяло этим политикам. Да, они были политиками, откровенно стремились к власти и руководствовались в своих поступках жесткими правилами политической игры. Однако они никогда не преступали законов общечеловеческой порядочности. Всегда держали свое слово. Неизменно были особенно щепетильными и справедливыми, когда имели дело с молодежью. И люди полагались на них хотя считали, что Кристл менее надежен, чем его друг. Грубая прямолинейность Кристла мешала им увидеть, что в глубине души он добрее Брауна.

А вскоре я убедился и в том, что им вовсе не всегда отдают должное - на примере Льюка. В тот вечер Льюк сидел за обедом рядом со мной. Он казался не таким жизнерадостным, как обычно, веселый огонек в его глазах приугас; я спросил, как подвигается его работа.

- По синусоиде, - ответил он. Мне пришлось вспомнить, что синусоида это кривая, которая идет то вверх, то вниз. А Льюк между тем продолжал:

- Порой мне кажется, что задача практически решена. А порой я думаю, что изобретаю вечный двигатель. Сейчас у меня как раз вторая фаза. И я почти уверен, что никогда не закончу эту проклятую работу.

Он был подавлен и раздражен, а тут вдруг мы услышали, как Браун приглашает Роя Калверта на ленч - "где соберутся в первый раз все сторонники Джего".

- О чем он говорит? - спросил меня Льюк. - Это что же - ответ на совещание у Винслоу?

- В общем, да, - сказал я.

- А меня пригласят?

- По-моему, Браун считает, что вы еще не приняли окончательного решения.

- Мог бы и поинтересоваться, - проворчал Льюк. - Ладно, я потом сам потолкую с ним начистоту.

В профессорской, разливая по бокалам вино, он разговаривал с Брауном спокойно и почтительно. И я снова убедился, что он замечательно владеет собой. Через час, когда мы с Брауном вышли во дворик, Льюк догнал нас.

- Браун, почему вы не позвали меня на ваше партийное совещание? - резко спросил он.

- Строго говоря, его нельзя назвать официальным совещанием, - ответил Браун. - Я думал послать вам записку...

- У вас собираются сторонники Джего, верно?

- Да, некоторые из нас считают, что Джего будет хорошим ректором. Мы...

- Я тоже так считаю. Почему мне ничего не сказали? Почему меня не пригласили на совещание?

Браун шел домой, в город, и, спрятавшись от дождя под аркой главного входа, мы остановились под фонарем.

- По правде говоря, Льюк, мы думали, что вы собираетесь голосовать за Кроуфорда. И не хотели вмешиваться.

- Да я лучше удавлюсь! - рявкнул Льюк. - Зря вы считаете меня дураком, Браун. Джего будет замечательным ректором - лучшего-то в этом колледже, может, никогда и не было.

И вот Льюк пришел к Брауну на ленч - снова скромно сдержанный, одетый изящней и строже, чем все другие, если не считать Роя. Он помалкивал и с удовольствием прихлебывал из бокала душистое монтрашо.

Браун сел за стол напротив Кристла и, оглядев нас, удовлетворенно сказал:

- Очень рад, что вам нравится вино. Я решил, что оно вполне подходит для сегодняшней встречи. В конце-то концов, мы не каждый день собираемся, чтобы обсудить кандидатуру будущего ректора.

На приемах у Брауна, как правило, стол был самый скромный. Два-три бокала сухого вина - этим и ограничивалась выпивка; только раз в год, когда он собирал у себя своих друзей - истинных ценителей хороших вин, все было иначе. Сегодня мы выпили за ленчем монтрашо, а потом Браун предложил нам еще бутылку кларета.

- Перед деловым разговором полезно немного взбодриться, - сказал он.

Мы были очень благодушно настроены после ленча - и гурман Пилброу, и юный Льюк, у которого были все задатки стать со временем гурманом, и Кристл, и Рой Калверт, и я. Пилброу тихонько посмеивался про себя.

- Бедные, бедные старики ахейцы, - невнятно бормотал он.