Чарльз Сноу - Возвращения домой

Возможно, я и сознавал это и не сознавал. Но первые признаки существования во мне "заговорщика", которые я заметил, словно наблюдая за незваным и порядком надоевшим гостем, были довольно нелепы. Меня вдруг перестали устраивать мои меблированные комнаты у миссис Бьючемп. И, вместо того, чтобы отнестись к этому с обычным равнодушием, я загорелся желанием немедленно переменить их на другую квартиру. Вопреки своему обыкновению, не откладывая дела в долгий ящик, я помчался в агентство, за день пересмотрел с десяток квартир и еще до наступления темноты снял себе новую. Она находилась на северной стороне Гайд-парка, сразу за Альбион-гейт и была слишком велика для меня, так как состояла из трех спален и двух гостиных, но я убедил себя, что мне нравится вид из окон на пышную листву деревьев и на Бейсуотер-роуд, по которой я, бывало, ходил к Маргарет.

В тот вечер впервые не миссис Бьючемп искала меня, а я разыскивал ее. Я стучал к ней в дверь, гремел почтовым ящиком, громко звал ее, но ответа не получил, хотя был уверен, что она дома. Я оставил ей записку и, так как ее метод себя оправдывал, решил польстить ей напоследок; прибегая к такому же образу действий, я сел возле отворенной двери и стал прислушиваться к ее шагам. Но и тут я не уловил ничего, пока ее шлепанцы не зашаркали возле самой моей двери.

- Мистер Элиот, я нашла ваше письмецо. Вы хотите поговорить со мной? прошептала она.

Я поинтересовался, не уходила ли она, хотя твердо знал, что она была дома.

- Честно говоря, нет, мистер Элиот, - ответила она. - Сказать по правде, я так беспокоюсь о вашем питании, что не могу уснуть до рассвета, а потому разрешила себе немного вздремнуть перед ужином.

Что бы она там ни делала, но уж во всяком случае не спала, - в этом я не сомневался. Лицо ее было самодовольным, непроницаемым и отнюдь не заспанным. "Питание" означало мой утренний чай, и ее жалоба была первым шагом к тому, чтобы перестать его приносить.

- Извините, что заставил вас спуститься.

- Это входит в число моих обязанностей, - ответила она.

- Я решил лучше сказать вам сразу, - продолжал я, - я скоро от вас уеду.

- Очень жаль, мистер Элиот.

Она взглянула на меня суровым, неодобрительным взглядом, почти враждебно, но в то же время с какой-то жалостью.

- Мне тоже очень жаль.

Я сказал это из вежливости; странно, но миссис Бьючемп требовала вежливости; невозможно было даже помыслить о том, чтобы высказать вслух свое мнение о ней и ее доме.

- Мне тоже очень жаль, - повторил я. И вдруг в самом деле почувствовал какое-то дурацкое и нелепое сожаление.

- Никто не обязан жить там, где ему не нравится, мистер Элиот.

Самодовольное выражение не исчезло с ее лица. Если я и почувствовал грусть, то она ее ни капельки не испытывала. Быть может, кому-нибудь расставание и кажется истинным горем, но только не миссис Бьючемп.

- Позвольте мне спросить вас, - она говорила, как всегда, тихо, быть может, чуть менее вкрадчиво, - после наших бесед, когда вы были так одиноки и я пыталась вас подбодрить, - позвольте мне спросить: вы собираетесь снова жениться?

- Я об этом не думаю.

- Это уже кое-что; не люблю совать нос не в свое дело, но ваши слова, мистер Элиот, самое мудрое, что я услышала от вас нынче вечером и за все долгие вечера. Надеюсь, вы вспомните меня, если какая-нибудь женщина вонзит в вас свои когти и поблизости не окажется отворенной двери. Никогда не верьте женским слезам, мистер Элиот. - После этого страстного призыва миссис Бьючемп оживленно добавила: - Быть может, мы все-таки поговорим о питании, мистер Элиот, потому что вы, наверное, проживете здесь еще две-три недели?

Большинство людей, думал я, когда их предупреждают заранее об увольнении, оставшиеся дни работают честно и добросовестно; часто последние две недели они бывают более старательны, чем когда-либо прежде. Но миссис Бьючемп была натурой весьма своеобразной. Она решила, что мой утренний чай - слишком обременительная для нее нагрузка, и известие о том, что я съезжаю с квартиры, ничуть не поколебало это решение. Тем же доброжелательным шепотом она сказала мне, что на Долфин-сквер я получу отличный завтрак, во всяком случае гораздо лучше того, что ей удавалось приготовить. Она взглянула на меня с хитренькой, елейной улыбкой.

- Что ж, мистер Элиот, я уверена, что вы будете жить в лучших квартирах, нежели эта. Но, хотя, наверное, не мне вам это говорить да и слышать это тоже не очень приятно, я просто не могу не упомянуть, что много воды утечет, прежде чем вы найдете квартиру, где будете чувствовать себя как дома.