Достал из внутреннего кармана пиджака бархатную коробочку, в которую обычно упаковывают драгоценности. Раскрыл ее, молча положил перед советником. Алимов наклонился и увидел маленькую золотую райскую птицу с изумрудным глазком.
— Булавка для галстука, — объяснил Красовский. — Я заметил, что вы предпочитаете демократичный стиль одежды, однако рискнул.
Алимов закрыл коробочку и сделал движение, намереваясь отодвинуть ее обратно, к дарителю. Но гость наклонился, перехватил его руку и, глядя на хозяина в упор, тихо произнес:
— На память.
Глаза мужчин встретились. Затем Красовский поднялся со стула, захромал в прихожую. Шагнул за порог и вдруг остановился.
— Кстати, я вас до сих пор не поблагодарил за то, что спасли мне жизнь.
Он усмехнулся и, опираясь на палку, начал спускаться вниз.
Алимов вышел на лестничную клетку и стоял там до тех пор, пока деревянный стук не растворился далеко внизу. А потом вернулся обратно, сел за стол, раскрыл бархатную коробочку и принялся рассуждать о странных путях, которыми иногда ходит любовь.
Последний месяц лета выдался изматывающе жарким. Вернувшись домой, Алимов включал кондиционер и садился за стол с туристическими буклетами в руках. Душа настойчиво требовала каких-то перемен, и даже оплеванный пляжный ансамбль обрел в глазах советника совершенно иной статус. Алимов надевал пеструю рубашку, разрисованную пальмами и гигантскими черепахами, и становился перед зеркалом. Иногда с губ советника срывался дерзкий возглас:
— Почему бы и нет?
Или еще хлеще:
— Ей-богу, поеду!
Одним прекрасным вечером в доме появился дорожный баул. Еще через день к нему прибавилась новенькая видеокамера. Еще через день Алимов упаковал чемодан. Осталось немного: выбрать дорогу.
После ужина Вадим Александрович, как обычно, уселся за стол и принялся изучать буклеты, полученные в турагентстве. Но на этот раз сосредоточиться советнику не удалось из-за короткого звонка.
Алимов неохотно оторвался от буклетов, пошел в прихожую и распахнул дверь. В мозгу мгновенно вспыхнуло слово, которое все дети инстинктивно уважают, всю великую силу которого взрослые ощущают только в своих снах… и своих мечтах. Магия.
На пороге стояла прекрасная Анжела, придерживая ручку чемодана на колесиках. На ручке болтался яркий ярлычок, которым обычно помечают багаж зарубежные авиакомпании.
— Привет, — сказала Анжела: — Я прямо из аэропорта. Можно войти?
«Не пускай! — завопила бдительная внутренняя сигнализация. — Надолго ли дамочка здесь задержится? Наследит в сердце, растревожит душу — и поминай как звали! На фиг нам новые мучения? Только-только со старыми справились, в кои веки в отпуск собрались»…
Магический фонарь в мозгу полыхнул разноцветным сиянием. Советник вдруг ясно понял: райской птице, залетевшей в твою жизнь, вопросов не задают. Не требуют определенности и гарантий, не ловят, не сажают в клетку, не захлопывают окно — просто любуются сверкающим чудом и слушают волшебное пение.
Но когда уставшая от полета птица начинает снижаться, выискивая точку опоры, — подставляй плечо. Дураком будешь, если не подставишь.
Алимов распахнул дверь и посторонился.
DA CAPO AL «FINE» [19] Исполнять от начала до слова «конец». Ремарка, встречающаяся в музыкальном произведении.
Вы только взгляните… Кажется, солнце восходит.
Мы с вами протанцевали всю ночь, как влюбленные в каком-нибудь старом музыкальном фильме. Но свечи гаснут, музыканты прячут инструменты в футляры и покидают сцену. Все уже разошлись, кроме нас с вами, и я думаю, нам тоже пора. Я охотно расскажу о наших общих знакомых, пока вы идете к выходу и набрасываете пальто. Я вас не задержу.
Во дворе Алимова стала регулярно появляться молодая женщина такой ослепительной наружности, что мужики, засмотревшись на райскую птицу, иногда нечаянно обливались пивом. Бабушки у подъезда оказались гораздо бдительнее и заметили, что незнакомка частенько является с дорожным баулом, на ручке которого болтаются яркие иностранные ярлычки. Такими бирками обычно помечают багаж в аэропорту.
Волнение увеличилось, когда соседка Алимова по лестничной клетке увидела, как прекрасная незнакомка отпирает его дверь собственными ключами.
— Женился! — постановила соседка.
— Не факт, — возразили умудренные жизнью бабушки. — А может, родственница.
Секретарша Вадима Александровича считает, что патрон наконец-то повзрослел и посерьезнел. Во всяком случае, слава богу, распростился с дурацкой привычкой краснеть по малейшему поводу. Не переминается с ноги на ногу, не конфузится в разговоре с красивыми клиентками… Приятно взглянуть!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу