Ирвинг Стоун - Происхождение

- Разумеется, нет, - быстро ответил Гукер. - Вы старше и первым начали работать в этой области, на двадцать лет раньше Уоллеса.

Чарлз благодарно кивнул, но продолжал стоять на своем.

- Уоллес ни словом не обмолвился о публикации, но ведь будет несправедливо, если мне придется уступить первенство в моей многолетней работе... впрочем, чувства чувствами, но сути дела они изменить, пожалуй, не могут.

Однако его слова не впечатлили Лайеля и Гукера.

- Ваши материалы 1844 года у вас далеко? - спросил Гукер.

- Близко. На них сплошь ваши карандашные пометки.

Чарлз подошел к большому картотечному ящику около двери.

- Вот они.

Гукер взял работу и углубился в чтение. Лайель спросил:

- А можно почитать письмо, которое вы написали Асе Грею?

Чарлз вынул из папки Асы Грея копию письма, передал ее Лайелю, и тот начал читать.

- Я не могу заставить себя... - пробормотал Чарлз.

- Успокойтесь, - сказал Лайель, - иначе окажется, что ваш отец был прав, когда предсказывал, что вы будете знать толк лишь в охоте, собаках да ловле крыс.

Впервые за последние дни Чарлз засмеялся. Потом начал вышагивать по комнате и наконец опустился на свою подушечку.

Лайель и Гукер переглянулись, кивнули друг другу.

- По-моему, этого достаточно! - воскликнул Гукер.

- Без сомнения, - согласился Лайель. - Письмо к Асе Грею плюс работа 1844 года прекрасно сочетаются

- Сочетаются для чего? - спросил Чарлз.

- Для того, чтобы представить их первого июля на заседании Линнеевского общества.

- Но как же так? - воскликнул Чарлз. - Ведь материал нужно обработать, на это уйдут месяцы...

Лайель отвел его возражения:

- Там же мы зачитаем и статью Уоллеса.

- Нужно заручиться его согласием, - всполошился Чарлз. - Да я и не успею к сроку!

- Ерунда, - решительно возразил Гукер. - На базе трактата 1844 года и письма к Асе Грею мы с Лайелем напишем обстоятельное и убедительное заключение. По объему оно не будет превышать статью Уоллеса.

У Чарлза отвисла челюсть.

- Вы хотите... сделать всю эту работу... вместо меня?

- Не умрем, - заверил его Гукер. - Вы прожужжали нам все уши вашей теорией видов, так что нам это будет нетрудно.

Некоторое время Чарлз молчал, потом произнес:

- Вы добрейшие люди на земле. Но как мы объясним Линнеевскому обществу столь странное совпадение?

- Расскажем им всю правду, - твердо сказал Лайель. - Мы с Гукером уже написали в поезде представление.

Вынув из внутреннего кармана пиджака сложенный лист бумаги, он начал читать:

"Прилагаемые бумаги, которые мы имеем честь представить на рассмотрение Линнеевского общества и которые связаны общей темой, а именно "Законы, влияющие на возникновение разновидностей, родов и видов", содержат результаты исследований двух неутомимых естествоиспытателей: мистера Чарлза Дарвина и мистера Алфреда Уоллеса.

Эти господа, независимо друг от друга и не имея сведений о работе друг друга, разработали одну и ту же весьма оригинальную теорию, объясняющую появление и увековечение разновидностей на нашей планете, оба они могут справедливо претендовать на право быть первооткрывателями в этой весьма важной области исследований. Ни один из них не публиковал своей теории, хотя вот уже долгие годы мы постоянно уговариваем мистера Дарвина сделать это, и, поскольку сейчас оба автора безоговорочно передали свои материалы в наши руки, мы считаем, что в интересах науки представить наиболее значительные места из этих работ на рассмотрение Линнеевского общества"

Обдумав текст представления, Чарлз нашел его весьма убедительным.

- Великолепно! Мне только потребуется некоторое время, чтобы кое-что подновить...

- Но надо действовать быстро, - предупредил Гу-кер. - До заседания первого июля осталось несколько дней.

- Парсло доставит бумаги прямо в Кью.

Тут же постучал Парсло и объявил, что обед на столе. Чарлз сказал:

- Парсло, спустись в погреб и принеси две бутылки шампанского.

Войдя в залитую солнцем столовую, он сказал Эмме и своим друзьям:

- Не знаю, как рассудит нас будущее, но ничто не помешает нам отпраздновать настоящее.

Следующая неделя обернулась хаосом. В Дауне вспыхнула эпидемия скарлатины. Заразились несколько деревенских детишек. Дарвины обследовали собственное потомство и нашли симптомы болезни у младшенького; у Генриетты было красное горло. Они послали за доктором, а приехавшая навестить их сестра Эммы Элизабет предложила забрать остальных детей к себе, в Харт-филд.