Антон Кротков - Карикатура. Непридуманная история

В этом же 1923 году в петроградском сатирическом журнале «Красный ворон» появилась карикатура, в крайне отталкивающем виде показывающая трактирные забавы состоятельной публики. Называлась она «Валтасаров пир [21]НЭПа», где обыгрывается известный ветхозаветный сюжет, когда во время пира у царя Валтасара на стене появилась предначертание скорого конца его безбожного правления. По сюжету карикатуры на стене нэпманского трактира тоже к ужасу всех присутствующих таинственная рука чертит надпись, предрекающую скорую гибель пока ещё веселящимся буржуям. Карикатура так и была подписана строкой из Священного Писания: «А грозные буквы давно на стене чертит уж рука роковая».

Кстати, справедливости ради стоит сказать, что чувствующие себя в родной стране отверженными и обложенными со всех сторон многие нэпманы давали немало поводов для своей критики, проповедуя стиль жизни, который можно описать так: «Пропадать, так с музыкой!» Названия таких известных «буржуйских» ресторанов 1920-х годов, как «Эрмитаж», «Лондон», «Савой», регулярно фигурировали в прессе в связи с очередной скандальной историей, которая идеально вписывалась в придуманное кем-то из талантливых репортёров той поры определение «Угар НЭПа».

Частенько героем криминальной хроники становился известный гуляка и дебошир Сергей Есенин – пожалуй, самая яркая богемная «звезда» описываемого периода. Конечно, никто не считал талантливого крестьянского поэта буржуем, но зато многие были уверены, что разгульная нэпманская жизнь медленно, но верно убивает певца народного быта.

Настоящей грозой нэпманов и кулаков был весёлый и очень ядовитый крестьянский сатирический журнал «Лапоть» (выходил с ноября 1924 по январь 1933 года). Сотрудники этого издания изображали крестьян-единоличников хитрыми и безжалостными эксплуататорами бедняков. А между тем зажиточные крестьяне облагались драконовскими налогами, душащими всякую инициативу. Государственным мастерским было приказано принимать трактора единоличников на ремонт в самую последнюю очередь после колхозной техники. А между тем львиную часть средств в виде налогов на содержание Красной армии и создание сильной промышленности давала советской власти деревня и особенно её самая работящая часть – «кулаки».

Сатирический журнал «Лапоть»

И этих крепких хозяев сатира била безжалостно. Ведь в юмористических журналах, как правило, работали очень талантливые журналисты и художники. Журнал «Лапоть» пользовался покровительством самого влиятельного деятеля культуры в СССР – знаменитого «Буревестника революции» Максима Горького.

Также очень большую лепту в дискредитацию нэпманов внесли очень популярные в 1920-е годы сатирические журналы «Красный перец», «Заноза», «Бегемот», «Смехач», «Бузотёр», «Красный смех» (Астрахань), «Красная оса» (Харьков) и другие. Главная газета железнодорожников «Гудок» выпускала юмористическое приложение «Дрезина», на страницах которого регулярно крепко «прикладывали» нэпманов всех мастей.

На некоторых карикатурах конца 1920-х годов НЭП ассоциируется с неисправным самолётом. Ведь это было время захватившей страну авиационной романтики. Достаточно вспомнить, пожалуй, самый популярный лозунг того периода: «Комсомолец на самолёт» или политическую карикатуру, на которой капиталистам всего мира грозит мощный аэроплан с надписью РСФСР и огромной дулей вместо пропеллера.

Одна карикатура так и называлась: «Рожденный ползать летать не может!..» Текст к ней гласил: «Вчера на аэродроме пробовали новую – недавно изобретенную летательную машину «НЭП». Аэроплан поднялся на два аршина и упал в лужу». Вывод, который предлагался советским зрителям, был прост: с НЭПом заветный социализм построить невозможно.

Тем не менее, несмотря на официальную травлю совбуржуев, многие современники НЭПа, даже редактора тех же советских сатирических журналов и партийные боссы, не говоря уже о простых гражданах, предпочитали покупать более качественную продукцию частного производства, нежели государственный ширпотреб.

Портретная живопись может льстить модели, потакать тщеславию заказчика, а может выставить человека на всеобщее посмешище или же дать ему повод с иронией взглянуть на самого себя. Я имею в виду острое искусство шаржа, которое при сохранении внешнего сходства рисуемого подчёркивает или преувеличивает вплоть до гипертрофированного искажения определённые черты внешности, характера и поведения своей «жертвы».