Антон Кротков - Карикатура. Непридуманная история

Двадцатилетний художник курирует всю изобразительную агитработу в полосе советского Юго-Западного фронта. В частности, он координирует действия многочисленных пропагандистских передвижных пунктов (помните в фильме «В огне брода нет» (1961 г.) санитарка Таня Темкина (Инна Чурикова) показывает свои наивные рисунки профессиональному художнику, прибывшему на станцию в агитационном вагоне Красной армии).

Кстати, первый военно-передвижной фронтовой литературный поезд имени Ленина отправился из Москвы на Восточный фронт Гражданской войны в августе 1918 г. Это был поезд Предреввоенсовета Л. Троцкого, в котором работала и бригада московских художников. А в апреле 1919 г. был сформирован также получивший большую известность агитпоезд «Октябрьская революция», совершивший до 1922 г. 17 рейдов на фронт. На Дону, Кубани, Северном Кавказе курсировали поезда «Красный казак», «Советский Кавказ».

Значительную пропагандистскую деятельность развернул плававший по Волге и Каме в 1919–1921 годах агитпароход «Красная звезда».

Пароход тянул на буксире баржу, на которой были оборудованы кинозал на 600–800 мест, типография, книжный магазин, радиостанция, художественные мастерские. Политическим комиссаром на пароходе был Молотов, а представителем Наркомпроса Крупская.

Фактически Ефимов, возглавлявший агитационную художественную работу на Украине, занимал должность комиссара армейского уровня. Попадись Борис во время своих регулярных выездов на передовую противнику, и ему бы не сдобровать. Политработников такого ранга белые и махновцы обычно убивали на месте.

По возвращении с фронта в Киев Ефимов становится начальником художественно-плакатного отдела республиканского наркомата. А дальше была Москва, куда наш герой переехал в 1922 году. Его талантливые карикатуры охотно начинают печатать центральные газеты «Правда» и «Известия»; журналы «Крокодил», «Огонёк» и т. д. Слава и успех очень рано пришли к Борису Ефимову. В 1924 году был опубликован альбом его сатирических рисунков, предисловие к которому написал фактически второй человек в большевистской правительственной иерархии, руководитель только что победившей в Гражданской войне Красной армии – Лев Троцкий.

В качестве спецкора газет «Известия» и «Красная Звезда» проверенного фронтом журналиста регулярно командируют в Германию, Италию, Францию, Польшу и многие другие европейские страны. В 1932 году ему присваивают почётное звание «Заслуженный деятель искусств РСФСР»; Ефимов избирается заместителем председателя правления Московского союза художников.

Правда, уже не за горами время, когда даже самый большой успех будет мало чего стоить, если вознесённый на его вершину герой дня вдруг терял благосклонность кремлёвского небожителя.

В этой связи стоит вспомнить XVII съезд ВКП(б), в 1934 г. в Москве. На него со всей страны съехались делегаты, которые по праву могли считать себя победителями. Эти люди сумели отобрать власть у Временного правительства в 1917 году, удержать её в ожесточённом противостоянии с белыми армиями и интервентами чуть ли не со всей Европы. Они в невиданные в истории сжатые сроки подняли страну из военной разрухи, провели индустриализацию, коллективизацию, «разобрались» с внутренними оппозициями. Одним словом, участники съезда имели все основания с оптимизмом смотреть в собственное будущее.

Это историческое событие так и вошло в историю под названием «Съезд победителей». Правда, вспоминаем мы о нём с грустной иронией. Ведь пройдёт менее пяти лет и практически весь состав съезда окажется за колючей проволокой северных концлагерей или в мире ином. Сталинская репрессивная машина именно так и работала – обычно перемалывая людей, казалось бы достигших максимального успеха и признания. И никакие заслуги, ни любовь народа не могли служить охранной грамотой осыпанному высшими наградами страны маршалу или великому учёному, чей труд отмечен несколькими Сталинскими госпремиями.

Только скупая фраза кремлёвского небожителя, обращённая к очередному руководителю карающего наркомата «Ты мне его пока, Лаврентий, не трогай» могла увести жертву с края расстрельной ямы, откуда на неё уже веяло могильным холодом. Но чтобы Хозяин заступился за обречённую на заклание жертву, человек должен был доказать вождю свою необходимость в виде исключения из знаменитого правила, гласящего, что незаменимых людей в СССР нет.

А теперь поставьте себя на минутку в положение человека, занимающегося в Москве образца 1930-х годов политической карикатурой. Если, вы при этом имеете какие-то собственные нравственные принципы и убеждения и не намерены от них отступать даже под страхом смерти, то просто обречены оказаться в похоронном рву на одном из секретных подмосковных полигонов НКВД. Зачем диктаторам свободолюбивые критики существующих порядков? Им необходимы лишь послушные исполнители-пропагандисты, способные талантливо обеспечить идеологическое прикрытие планируемых политических акций.