- Солдаты мертвы, - кивнул я. - Девлин тоже. Теперь город наш.
Он упал в кресло.
- Роберт! - простонал он, и тут я увидел, что он плачет. - Роберт, ты не в своем уме!
- Только потому, что вы смотрите на жизнь, как человек? - возразил я. - Так вы забыли, что я - крыса.
- С каких это пор ты крыса? У тебя тело человека, сердце человека, культура человека и язык человека! В свое время ты отвернулся от крыс, ты жаждал стать человеком. Тебе дали человеческое тело, а я помог обрести тебе душу. С каких это пор ты - крыса?
- С тех пор, как Девлин сжег Амадею, - опустил я голову. - И с тех пор, как я узнал правду о людях.
- Какую правду? Какую это, интересно, правду ты узнал о людях?
Я рассказал ему, что пришло мне в голову: о зависимости человека от других, о неизбежности правления глупцов или убийц, о безумных вожаках, о дороге к полному разрушению.
- Нет такой вещи - человек, - сверкнул он глазами исподлобья. - Есть только мужчины, женщины и дети. И все они разные. И если кто-то следует за вожаком, то кто-то бунтует, а кто-то ждет, а кто-то и выносит решение. И изменяется только соотношение одних и других.
- Рано или поздно баланс всегда сместится в сторону зла, - не сдавался я.
- А вот в это я никогда не поверю, - устало улыбнулся Дженкинс. - Да и история уже доказала, что ты неправ. А ты сам, кстати, кто во всей этой истории? Ты, ведущий за собой армию крыс, которая повинуется твоим приказам так же, как солдаты Девлина повиновались ему? Ты превратил их в послушную толпу, а теперь ведешь их к их собственной смерти, да, да! В чем же различие между тобой и Девлином, тобой и этим безумным вожаком?
- Я не собираюсь править. Когда мы завоюем этот город, я оставлю моих крыс править самих, как это и было всегда.
- Ты ошибаешься в двух вещах, - прищурился он. - Ошибаешься насчет себя и насчет того, что ты делаешь для них. Ты думаешь, что ты завоевал город для их блага. Но я ведь тебе уже говорил, убийство - это не из любви к ним. Это из ненависти. Ты был влюблен в Амадею, а теперь ты жаждешь мщения. И все остальное - самообман.
Его слова больно ужалили меня. Дженкинс всегда находил слова, которые проникали очень глубоко. Но я не принял их.
- Я дарю этот город крысам, - возразил я, - потому что люди недостойны его. У крыс лучшая система правления, у них больше шансов остаться в живых, и они не убивают друг друга иначе, чем чтобы остаться в живых.
- Нет, ты все-таки безумный вожак, Роберт. Убивать из мести, выдумывать ложные мотивы, и наконец... да ты знаешь, Роберт, куда ты наконец, приведешь свою армию? Прямиком к смерти! Долго ли проживут твои крысы после того, как прикончат последнего человека в этом городе? Месяц, два, три? Кто кормит твоих крыс? Человек. А когда пища закончится, они повернутся друг против друга. У них не будет другого выхода. Может быть, кто-нибудь из них и спасется, убежав в поля, но остальные... их безумный вожак ведет их к голоду и к крысоедству, если позволено будет так сказать.
Не знаю, сколько времени я сидел вот так, уставившись на него.
Мир снова перевернулся вверх тормашками. Наконец я смог выдавить:
- Почему же вы не подсказали мне это раньше?
- А я и не думал об этом раньше. Я не вожак, Роберт. Почему ты не думал об этом?
В самом деле, почему? Ведь я знал это, знал всю мою жизнь. Но в своем желании отомстить, в этой гонке сломя голову... я совсем забыл об этом.
- Дженкинс, станьте и вы правителем. Мы будем управлять этим городом вместе. Мы сможем примирить крыс и человека, мы сможем установить равновесие!
- Равновесие уже было. Мы выживали, вы выживали. Но ты не был удовлетворен этим. Ты хотел быть превосходства.
- Нет, - опустил я голову. - Нет, вы были правы. Я делал это не для них... ради мести. Если бы Девлин не убил Амадею... О Дженкинс, я ведь видел рай на земле, а он растоптал его!
Мы долго сидели молча. Я не мог разобраться в путанице своих мыслей. И больше, чем чего-нибудь другого, я хотел, чтобы Дженкинс вел меня, а я бы изредка лишь спрашивал у него, что мне надо делать...
- Уведи их отсюда, - попросил он тихо.
- Куда? Если пойдет один, то пойдут и все остальные. Куда я поведу эту тучу?
- Уведи их в другой город. По крайней мере там есть кошки и собаки, которые защитят людей.
- И опять будет война, - покачал я головой. - Если моя армия победит, то снова встанет та же проблема, что и здесь. А сели проиграет... как я смогу вести их на смерть?
- Тогда оставайтесь. Мы, люди, хитры на выдумки. И мы тоже очень хотим выжить. Если для них будет достаточно пищи, они ведь не станут нападать на нас, верно? Может быть, мы даже научимся делиться с ними, жить с ними в мире, радоваться им.
Читать дальше