ТАК ДАЙТЕ КАЖДОМУ ИЗ НИХ ХОРОШЕГО ПОДЖОПНИКА!
ты идёшь дальше и видишь лишь часть от каждого из предметов: полдерева, 6/10 жёлтого домика, 2/3 коричневого домика, фасад трущобы, полчеловека, полребёнка, половину солнца, 3 км земной поверхности, верх лужи, 7/10 скамьи, 1/3 улицы, половину шляпы на галаве, 3/4 человека, полстола, 4/5 трамвая (потому что ты его детально разглядываешь), 10% газеты, 20% заголовков, половину садового кресла белого цвета, половину легкового автомобиля, полвелосипеда, кусочек самого себя, иногда ботинок, иногда руку, иногда отражение лица, четверть монумента, 3/10 телефонной будки, 7/8 табачного киоска, половину почтового ящика, повёрнутую к тебе сторону забора, половинчатые листья, потом слышишь обрывок предложения, обрывок слова, обрывок звука, думаешь обрывком мысли, воспринимаешь обрывок, обрывочек действительности, садишься куском себя на дерево. каждый предмет помещён в вакуум, всегда только он сам, он сам, он сам, ты как будто смотришь хаотический фильм, непрерывно сменяющий кадры перед твоим носом. люди предстают перед тобой, как во сне: ты уже не замечаешь в них индивидуальности: тебя насмерть раздавливает падаль, гнильё и мусор, огромная гора мусора обрушивается на тебя и засыпает с головой. ты закрываешь глаза, ищешь сам в себе опоры, как если бы был телом, изолированным в пространстве. ты диагностируешь в себе невероятные состояния: твои мысли - насекомые. ты - камень. твои руки не знают, что попадёт в них через минуту. ты слышишь цвета и чувствуешь, что над тобой смеются. их лица - карикатуры врачей. у тебя на ладони чёрное пятно - ох, не обращайте внимания, всего-то трупное пятнышко, хи-хи! в тебе пустота. все предметы находятся в пустоте. слова легко разлетаются и перемешиваются, образы сливаются, ты сам - странное воплощённое ничто. ты встаёшь на ноги и удивляешься, что люди не проходят сквозь тебя, не ощущая, удивляешься, что перед тобой отступают в сторону, что тебя вообще видят.
так что ты возвращаешься в парк и ходишь, ходишь, ходишь кругами, потому что ты - твоя собственная загадочная аксиома!
чем более отдалённые воспоминания я оживляю в памяти, тем больше число протухших фраз, слов-возвратов, которые приходится оттуда стирать.
фразы формируются сами по себе, молекулы слов, атомы слогов реагируют между собой, моя проза молниеносно переходит из одного агрегатного состояния в другое, прыжками перемещается из газообразной формы в жидкую, в кристаллическую:
слушай-ка, мы хотим вылечить наш вросший ноготь на ноге! ты ставишь ногу в эмалированный тазик с голубой каёмкой. некто суетится рядом. адвокат крицшер основывает своё мировоззрение на кнауровом учебнике по физике. вот это да! вода парит. твой стул качается. сказать по правде, ты ничего не чувствуешь. твой ноготь на ноге не причиняет никакой боли. но тем не менее о боли ты думаешь.
чёрт, слова нагромождаются дикой кучей, тьфу ты! в каком качестве ты пытаешься высказать своё мнение? в качестве личности? учёного? социолога? частного лица?
от чьего лица, например, можно говорить: доктора, брата, доброжелателя, непричастного, страстного защитника правосудия, семидесятилетнего старца, столетнего старца, просто старца, человека, впервые за 6 лет прервавшего своё молчание, немца, друга, отца, человека, несущего на себе ответственность, человека, не несущего ответственности, человека непосвящённого, человека, возможно, неполностью информированного, простого прохожего с улицы, непосредственного участника, человека слова, писателя, художника, социалиста, человека, отрицающего мировоззрение, христианина, твоего учителя
посидишь немного. ещё не прошло и полдня с тех пор, как ты встал. что же это было за впечатляющее событие: может быть, - когда однажды здесь в комнате по стеклу пробежала синяя муха, оставляя за собой рядок синих следов, вляпавшись лапками в каплю метиленовой сини: ты - твой собственный предок, каждый день ты - новый потомок себя вчерашнего: получается, твои предки наблюдали за этой мухой и оставили тебе внутреннее представление о ней: ты прямо видишь перед собой этого предка, представляешь себе, как он наблюдает за мухой, как часами с неподвижным взглядом изучает стиснутое в руке яблоко. действительность, давящая на сознание совокупностью фактов, запрещает ему доступ к словам. отражение видимого мира коченеет, обращаясь в формулу. сознание не может создать себе другого мира. оно может только запечатлеть личные переживания. оно пытается выделить частицу из действительности через акт присвоения имени. это выход. экспедиция в лабиринт.
Читать дальше