Андрей Дай - Андреевский крест

Естественно, обсудили и финансовый вопрос. Я по глазам видел, что старому пройдохе самому интересно взяться за такой необычный объект. Но это я. Другой, не знающий Власенкова столько лет, вряд ли что-то бы понял. Пришлось сразу, чтоб исключить попытку утолить любопытство и прошмыгнуть на будущую «военную базу», замаскированную под нытье о необходимости архитектурного надзора, по большому секрету пожаловаться на совершенно беспрецедентную секретность. Мол, даже моих работяг особисты глупыми вопросами гнобят, а меня из-за криминального прошлого и близко к стройке подпускать отказались. Пожалел еще. Типа база на каком-то тропическом острове будет. Вроде как где-то рядом с Венесуэлой, и было бы кайфово прошвырнуться туда, на песочке понежиться и в Карибском море искупнуться.

Власенков о «просмотре» и заговаривать не стал. Уж мне ли не знать, что, так сказать, в девичестве у моего архитектора фамилия в паспорте была другая. Что-то вроде Велвелсон. И что почти вся его родня ныне обитает в предместьях Тель-Алива. Так что пресловутый вопрос в анкете: «Имеете ли вы родственников за границей?» – ставил жирный крест на возможности доступа на секретный объект.

Отлично, короче, съездил. Вообще день прошел плодотворно. Но жизнь, как всем известно, это такая полосатая африканская лошадка. И за белой полосой неминуемо наступает черная. И полоски все разной ширины.

Только сел в машину, звякнул сотовый. Звонил дядя Вова. Он терпеть не может разговаривать по телефону, не изменил привычке и на этот раз. Сухо поздоровался и пригласил навестить. Причем немедленно. Что было делать? Отказывать такому человеку без веской причины не стоит. Поехал.

Нужно сказать, погода не баловала. Осень в нашем мире, бляха от ремня, это не то, что там, за Подковой. Сыро, воняет прелыми листьями, и холодный ветерок, как карманный воришка, так и норовит забраться под куртку. Не самое подходящее время для прогулок на свежем воздухе. Тем удивительнее мне было, когда тренер все-таки предложил совершить променад по небольшому скверу неподалеку от банного комплекса.

– Я помню, Андрюха, что Саву именно ты к нам привел. – После ни к чему не обязывающих вступительных слов о здоровье и делах дядя Вова приступил к главной теме. – Типа ты с ним в хороших отношениях с детства, и нам такой персонаж не помешает. Боевой офицер. Горячие точки… Я тогда сказал тебе, помнишь? Да без базара! И даже поставил Олежку смотрящим в важное для нас всех место. Так?

Трудно не согласиться. Все именно так и было.

– Ты и сейчас что-то с Савой крутишь. Какие-то темы у вас есть общие… Кое-кто трындит, типа Сава с Дюшей крыски. Типа тянут от братвы лавэ с рынка. Базарят, мол, надо нож к горлу майору приставить и за жабры подергать, чтоб признался…

– Хоть намекни, тренер, – рыкнул я. – Кто именно рамсы попутал? Кто посмел?

– Не кипешуй, бригадир, – поморщился глава ОПГ. – Длинные языки и без тебя укоротили. Но пригляд за смотрящим я послал. Сам пойми, Андрюха. Время нынче такое. Гниды в хребтину вцепились. Раньше с рук ели, улыбки моей как явления Христа ждали. Теперь здороваться брезгуют. В мэрии под Петра копают… Слышал?

Не слышал. Но информация была очень и очень ценная. Петр Самохин служил… наверное, все-таки себе, ну уж никак не государству, на посту главы городского спорткомитета. Деньги там крутились немаленькие. Спорту при последнем президенте стали оказывать внимание, и средства федералами выделялись. Ремонтировались и строились новые объекты. И кто получал подряды? Естественно, я. А Петр Ефимович получал откаты. Все были довольны.

Дядя Вова приятельствовал с Самохиным уже много лет. Кажется, еще с того времени, как был простым тренером в одном из спортклубов. Потом, когда братва приподнялась и занялась организацией Сибирской федерации самбо и дзюдо, это пошло плюсом в личное дело начинающего функционера от спорта. Так они с тренером и цеплялись друг за друга, как звенья одной цепи. Успехи наших пацанов на соревнованиях эхом откликались на авторитете Петра. И если кресло под главой спорткомитета закачалось, это был неприятный удар по нашей братве в городе.

– Роют, падлы. Роют. Петр приезжал. Ночью, как вор. Чтоб никто не увидел. Помочь просил. Я думаю пока… А Сава тоже…

– Что тоже? – удивился я.

– По ходу, мальчики из конторы твоего Олежку пасут. Ты, Андрюха, давно со мной. Огонь и воду мы вместе прошли. А медных труб нам не положено. Хи-хи. Ты мне типа как сын… Не огорчай старика. Сверни пока дела с Савой. Пыль уляжется. Мы поймем, что у мальчиков к нашему майору есть предъявить, тогда будем движения делать… Сам же знаешь…