Михаил Дулепа - Господин барон

– Вообще-то мы с бароном старые знакомые, довелось, знаете ли… – Изя задумчиво посмотрел куда-то в море, глаза его словно видели давно ушедших боевых друзей, лицо стало каменным и самую малость жестоким. – Да, прозвище для него не пришлось искать, у него фамилия есть. Говорящая, если кто понимает.

Ну да, как же. Прозвище у меня с самого приезда в столицу за счастьем было Шустрик. Это когда я однажды при выезде на дачу со знакомыми девчонками сожрал кролика, назвали, наконец, Могилой – ну кто же знал, что это околевший домашний любимец, декоративный и породистый, которого везли похоронить на природе? Я еще удивился, чего это его не выпотрошили. Кроль как кроль, на вкус самый обычный.

Оруженосцы слушали, словно завороженные, даже Сато прислушивался к «господину хатамото». Изя говорил медленно, весомо, но очень туманно, намеками. Написать все на листе – одна вода получится, но вот так, в дрожащих тенях, на стене древнего замка, перед боем, сжимая в руках всамделишное оружие. Внушает, да.

– Исабель.

– Я, господин барон! – Изя подпрыгнул, нервно сложив руки.

– Молодым спать, завтра будет много дел. Ты дежуришь до восхода, потом тебя подменит Фиск.

– Да, господин барон. – Он хотел спросить еще что-то, но я уже прошел мимо, величественно и безразлично. Не только гасконцы умеют делать суровые лица, румынские бояре им ничуть не уступят.

Уже почти рассвело, когда я рухнул на свою скрипучую кровать.

И тут же меня разбудили.

Фон Шнитце-младший с грохотом сгрузил на тумбочку перед зеркалом груду железа, извинился, молодой паренек-слуга поставил рядом подносик с едва теплым завтраком, и оба принялись меня наряжать. Спустя полчаса я наконец прогнал их обоих и смог оглядеть свою милость в зеркале.

Тяжелая двойная кольчуга до колена, начищенный полупанцирь, наплечники, наручи, поножи, перчатки и укрепленные железом сапоги. Итого четверть центнера лишнего веса, зато сколько внушительности! Приняв подобающую позу, я процитировал переделанное под момент:

– Одни боялись Артура, другие – Галахада. А меня… меня боялся сам Персиваль!

– В самом деле? – Я резко обернулся. Все шестеро пажей смотрели на меня от дверей с каким-то непонятным восторгом. Ну, мужик в доспехах, и что? Сами-то они еще не обмундировались, пока бегая налегке, поэтому рядом с металлическим мной смотрелись именно пажами.

– В самом, самом. – Подумав, снял с пояса нож и положил на столик. Меньше искушений воспользоваться им, значит, и меньше последствий. Булава, алебарда с двухметровым древком, и еще щит, которым тоже можно не слабо приголубить, вот и все мое оружие. Да и вообще полководцу лезть в драку западло, его место позади, на командном пункте! Вот и буду соответствовать. – Бойцы, пора. Помогите друг другу с доспехами.

– Да, господин барон! – Молодежь исчезла мгновенно. Подхватив шлем, я двинулся за ними. Ох, не загреметь бы с лестницы, лязгом весь Эскенланд перебужу!

Внизу, у двери, меня ждали.

– Э-э… Александэр, вы не поможете? Там опять этот… – Фон Шнитце-старший страдальчески потыкал в мою сторону растопыренными пальцами. Я, вздохнув, открыл дверь и сделал шаг, ожидая нападения. После короткого, но полного жажды крови «Меее!» козел подпрыгнул, ударил с лету прямо в середину кирасы и уже с негодующим меканьем уселся на задницу, тряся башкой. Я, покачнувшись, ответил ему «факом» с двух рук. Броня – вещь! Теперь все работы по хлеву, пока Зверя не увезут (или пока я не оторву его тупую головенку), будут вестись только в полной экипировке!

– Заберите его!

Не оглядываясь на ошарашенного столкновением козла и боязливо подступающих к нему слуг, я вышел за угол и остановился, едва удержавшись от матюка. В углу двора стояли человек сорок и внимательно слушали одного из волонтеров.

– Эгельберт! А это еще кто?!

– Туристы, господин барон. – В голосе вынырнувшего из-за спины управляющего слышалось вежливое недоумение.

– Каким макаром они здесь оказались?

– У них заказана экскурсия, и в соответствии с расписанием они…

– Вас не беспокоит, что у нас тут война?

– О, нисколько, господин барон! Я предупредил осаждающих, они без проблем пропустили всех по списку.

– Фон Шницель, тут скоро начнется мордобой и резня!

Туристы, внимательно слушающие наш диалог, дружно зааплодировали.

– И чего вы радуетесь? Сейчас ворота сломают и ворвутся, всех захватят, ограбят и изнасилуют!

Туристы от таких известий неожиданно обрадовались еще больше, причем не только женщины, но и мужчины. Европа! Впрочем, спустя минуту выяснилось, что я был не прав – большинство мужиков туристской национальности собиралось принять участие в драке. Не все еще, видать, потеряно для Федерации.