Владислава Груэ - Время России

— Он обещал руководить! — в ужасе сказал офицер.

Ответом ему была тишина. В бригаде все знали, что зам по боевой — отчаянный боец. Зам из него был никудышный. Пилотом отличным он был, это да. А еще — пьяницей. И с похмелья вполне мог забыть, чего там и кому обещал накануне пьянки…

Вспыхнула следующая пара истребителей. Матка Штерна успешно ликвидировала угрозу.

— Десантники горят, — с жутким спокойствием определил пилот. — Истребители из них никакие, особенно на элементарах.

— Борух, мне нужна связь! — закричал офицер. — Я знаю, ты можешь! Старшина!

— За подключение к защищенным линиям — расстрел, — угрюмо откликнулся Буревой. — Там определитель никак не обойти. И вообще во всем штабе сейчас активна всего одна защищенная сеть…

— Борух, они горят!

— Старшина, — вклинился стрелок. — Мы не можем…

— … кто горит?

Капитан контрразведки в глобе связи выглядел чрезвычайно удивленным. Видимо, никак не ожидал, что в его секретные переговоры кто-то влезет со стороны.

— Выпусти постановщика помех, капитан! — отчаянно крикнул офицер. — Немедленно! Иначе нам конец!

Лицо контрразведчика вытянулось.

— У меня нет надежного…

Соединение пропало. Офицер в бессилии заплакал и ударил кулаком по опоре компенсатора.

— Постановщик помех стоит наготове у стартовых створок! — всхлипнул он. — Экспериментальный, фрактального типа! Только вывести! Я же его как раз на этот случай готовил! И некому!

— Сергей… — подал голос старшина.

— Я не успею!

И тут связь восстановилась рывком и вся. Эфир наполнился гомоном и дикими криками.

— Поднимите мне веки! — орал где-то далеко зам по боевой. — Ну поднимите мне веки, ребята! Щас я ей!

— Зам, ты подлец! — рявкнул офицер. — Слышишь меня?!

— Слышу! — отозвался затухающий голос. — Виноват, исправляю…

— На таран пошел! — напряженно сказал пилот. — На купол центра управления. Матке, конечно, от этого не убудет, но время можем выиграть… если ребята ему пробьют разгонную. А если не пробьют, то лазер его…

Вдалеке вспыхнула яркая звездочка — сгорающая «Косатка» зама по боевой послала последний привет оставшимся в живых…

— Кэп, постановщик помех на связи! — вдруг сказал Буревой.

Офицер неверяще уставился на глобу. Из глубины приемной сферы ему бледно улыбнулась та, кого он знал как Лючию Овехуна.

— Живи, мой командир. Продержусь, сколько смогу. Брат — на лазерах…

Со стороны это выглядело необыкновенно красиво. Фракталы помех стремительно множились, тянулись к матке европейцев, взрывались новыми букетами, скручивались вокруг экранов Фридмана…

— Себя закрывай! — охнул вдруг пилот и бросил дисколет в ускорение. — Сожгут!

«Семерка» стремительно неслась в пространство боя, и офицер широко раскрытыми от ужаса глазами смотрел, как бешено вертится постановщик помех, закрывает десант и «Чертей» спасительной пеленой — но не себя, не себя…

— Молодец девочка, автомат связи подтащила! — бормотал старшина. — А со связью мы можем все, даже Штерну вломить… Держись, испанка! Прикрывай ее, Сергей, не тормози!

— А я что делаю? — огрызнулся пилот.

— Ой что будет… — трясся в своем компенсаторе стрелок. — Ой что нам будет… под лазер лезем! Сами! С неопробованной защитой!

— Захват! — напряженно сообщил старшина. — Сейчас дадут…

Полыхнуло так, что офицер чуть не ослеп. Дисколет вспух компенсаторным облаком защиты — и вылетел из конуса поражения, словно получив пинка под хвост.

— Пилот, обратно! Прикрой ее!

— А я что делаю?!

Полыхнуло, ударило со страшной силой.

— Сергей, прикрывай!

— Чем?! Защита кончилась!

— Прикрывай!

И тут совсем рядом зажглась ослепительная звезда.

А-а-а! — дико заорал офицер, словно это он заживо сгорал в пылающем постановщике.

— Поддерживаю, — глухо отозвался старшина. — Покрошим их всех! Сергей?..

И «семерка» кинулась сквозь облако помех на матку Штерна…

Буковски сам не верил своей победе. Идиоты русские даже не ударили олл-аут! И теперь операторы радарной группы напряженно работали, цепляли проклятых русских «Чертей», сопровождали, пока те не вспыхивали в конусах поражения. В эфире царили дикий гам и крик, но они никого не раздражали, потому что вопли сгорающих врагов — это же райская музыка!

— Ну… — признал неохотно адмирал. — Ну… выкрутился на этот раз.

И самодовольно улыбнулся. Адмирал исполнял заветную мечту — добивал русского медведя! И ему дикие крики погибающих истребителей звучали райской музыкой.