Владимир Поселягин - Патрульный

— Этот жест с моей родины, соответствует модели поведения драйгонцев, — ответил я, и широким жестом указав на соседнее помещение, где была кают-компания, добавил. — Стол накрыт. Поужинаем, все-таки я приглашал на небольшой банкет, заодно поговорим.

— До той минуты как в системе вырубилась связь, осталась только местная локальная, мне на нейросеть пришло сообщение из Главного штаба Флота на столичной планете с подтверждением ваших полномочий. Все коды совпадают и отвечают требованиям. Поэтому я в полном вашем распоряжении, — склонил голову командор.

— Хорошо, нам есть о чем поговорить.

«Это плохо, по инструкции такие анкеты пришли не только командору но и главе СБ и наместнику Глосии. Могут быть проблемы».

Мысленно отправив приказ адмиралу усилить наблюдение за границами системы, чтобы никто не мог ее покинуть, я прошел в кают-компанию.

В течение десяти минут я выложил командору все результаты нашей разведки. Утечки я не боялся, кают компания была экранирована, других средств связи у него не было, бойцы комендантского взвода постарались.

— … так что, я решил поставить вас во главе следственной группы, для разбора всего, что тут твориться, — добавил я в конце.

Командор понимал, что так я фактически спасаю его не только от тюрьмы, (все-таки все происходило на его базе, и то что он там недавно не снимает с него ответственности) но возможно даже карьеру. Если он серьезно что накопает, а командор бросит на это все силы, это в его интересах, возможно, это принесет ему какие-нибудь дивиденды в планах карьеры. Мне действительно нужен был высокомотивированный человек, который носом будет рыть, чтобы найти тех, кто работает на военных соседнего государства. Вряд ли их будет много, человек десять-пятнадцать, но то, что сидят они очень высоко в местной флотской иерархии я был уверен на сто процентов. Остальные простые исполнители на «зарплате», если что и знают то молчат, получая помимо зарплаты толстые пачки виртуальных блокнот.

Астахов присоединился к нам на середине ужина, сейчас он видимо получил какие-то новости потому что быстро доев спросил разрешения и покинул нас. Я спокойно отпустил его, если что будет срочное, он меня сразу известит.

Закончив с командором, я проводил его на летную палубу, где собиралась следственная группа и представил его временным подчиненным. Через десять минут двенадцать ботов покинули борта «Петра» и одного из трансопортов и направились к шару флотской базы «Дюна». Одна рота уже находилась на базе, снимая часть служащих с их постов, пока ведётся следствие, о коем были уж извещены все военные, они должны подчиняться солдатам и офицерам следственной группы моей эскадры. Любое неподчинение — бунт, со всеми последствиями согласно закону.

Вернувшись в штаб, я вопросительно посмотрел на адмирала. Меня интересовала поспешность его ухода. Подойдя адмирал доложил:

— «Зверобой» с тремя миноносцами прервав охрану окраин системы Флока, подошли к военной базе «Эстрим» соседней системы Флак. Сейчас они контролирую часть служб базы в ожидании подхода «Ильи» на котором есть наши подготовленные сотрудники службы безопасности. На борту уже формируется следственная группа, как только они прибудут к планете Флок, то приступят к следствию. В данный момент Флок как и Глосия закрыта, диспетчерская служба Флота, как и гражданские диспетчеры работают только на прием. С момента отдания приказа обе системы не покинул ни один корабль.

— Были попытки?

— Дважды. Оба раза в системе Флок. Сперва с флотской базы стартовал корвет, пытаясь прорваться и уйти в гипер. «Зверобою» пришлось выпустить торпеду. От корабля мало что осталось. Как оказалось, рывок корвета был отвлекающим маневром, с той же базы попытался уйти скоростной курьер приписанный к СБ базы «Экстрим». Там миноносцы пушками поработали, они ближе были, да и скорости им хватило догнать. Хорошо мы их модернизировали. С борта сняли шесть тел погибших и двух относительно живых. Сейчас они в реаниматорах базы под охраной наших солдат. Как только в систему войдет «Илья» их предадут следователям для допроса.

— Хорошо. Если что я в выделенной мне каюте. Держите меня в курсе если будут острые моменты при общении с флотскими или армейскими подразделениями, — уйти мне не дал Астахов, добавив:

— Вряд ли это произойдет. Гнойный нарыв зрел давно, многие чувствовали, что все подходило к концу, так что наших следователей встретили достаточно доброжелательно. Группа уже приступила к работе, есть некоторые наработки. Пропал глава службы безопасности базы «Дюна» полковник Кренник и оба его зама. Так же на своих рабочих местах отсутствует ряд офицеров, включая одного диспетчера. Все они объявлены в имперский розыск. В данный момент производиться прием архива СБ. К сожалению, большая часть файлов оказались подчищены или вообще удалена. Сейчас группа частично работает в этом направлении.