Роман Злотников - Пушки и колокола

Вой штурмующих крепость вдруг обильно сдобрился воплями страха, и середина волны атакующих, просев, вдруг исчезла, разом поглощенная черными водами Вязьмы. То сработала еще одна ловушка, подготовленная Великим князем Московским. Заранее подточенный множеством лунок лед реки лопнул, рассыпавшись на сотни мелких обломков, и литовцы, отягощенные доспехами, неожиданно для себя оказались в ледяной воде. Лошади, проваливаясь задними копытами, молотили передними, кроша ледяную корку, и, без того усиливая панику, воины, утягиваемые вниз доспехами, судорожно хватаясь за крупы насмерть перепуганных животных, пытались удержаться на поверхности.

Отчаянное положение усугублялось еще и тем, что задние ряды, еще не поняв, что происходит, по инерции рвались вперед. Напирая на пытавшихся остановиться перед препятствием товарищей, те сами заталкивали их в воду. Да и лед, не выдерживая такой нагрузки, крошился, поглощая ряды отчаянно орущих воинов. А тут еще и пушки, подливая масла в огонь, расстреливали мечущихся на берегу, заставляя их, ища укрытия от смертоносных ядер, прыгать на лед, и без того увеличивая нагрузку на хрупкое полотно.

А передовой отряд, проскочивший опасное место, увлекшись атакой, столкнулся с другой проблемой: неприступный подъем, обильно политый водой, смерзшийся в ледяной панцирь, сводивший на нет любые попытки штурма. Перегруппировавшись и закрывшись щитами, уцелевшие воины попытались откатиться назад, но поняв, что произошло, и запаниковав, рассыпались на несколько десятков одиноких фигурок, тщетно пытающихся укрыться от стрел защитников крепости.

– Довольно! – на стене появился сам Дмитрий Донской. – Порох со стрелами поберегите. Пригодятся еще. Нам подмоги ох как нескоро ждать придется. Сполохи, вишь, какая незадача, не дотянули сюда. А так бы и беды никакой.

Угомонилось и поредевшее войско атаковавших! Оглушенные таким бесславным началом литовцы, закрываясь щитами и собирая раненых, обожженных и оказавшихся в воде соратников, под задорные окрики и похабные шуточки защитников потянулись на противоположный берег, подальше от жалящих стрел людей Дмитрия Ивановича Донского. И хотя не так много на льду убитых осталось, а все больше раненых, все равно боевой дух атакующих поугас. Теперь уже думки не о приступе, а о том, что с таким количеством болезных делать. Ведь лагерем еще и не разбились и даже костров не разожгли! Как теперь с насквозь промокшими товарищами поступить, да еще и на морозе, от которого даже дыхание перехватывало?! Эти – не жильцы скорее всего уже. А с теми, кто стрелу или чугуна словил, – и вовсе беда! Прихваченные морозом или огнем пожженные, скорее всего, души живо Богу отдадут, а вот раненые еще долго стенаниями своими да видом угнетать воинов будут. Это не считая того, что за ними теперь уход нужен, так, что отяготят они знатно войско Сигизмундово! Вот и получалось, что хоть сейчас – в атаку на оглушенных таким началом ягайловцев. Впрочем, Великий князь Донской рассудительно предположил, что это – передовой отряд, к которому наверняка подмога идет. А с тремя сотнями душ да пусть с пятью сотнями кое-как обученных, но холопов встреча с любым мало-мальски подготовленным отрядом – смерть верная.

Да и неприятель, поняв, что с ходу не взять хорошо подготовленную крепость, решил сменить тактику. От массы отделились трое всадников, которые, яростно стегая лошадей, унеслись прочь. Остальные, откатившись на порядочное расстояние, принялись разбивать лагерь.

– За подмогой, шельмы, отправились, – проворчал московский князь, наблюдая за происходящим. – Ну, православные, готовьтесь. Бомбарды развернут. Зырян – в бою лих да удачлив. Дойдет до сполоха ближайшего. Не может быть, чтобы не дошел.

Словно бы прочитав эти мысли, от лагеря по направлению к городу двинулась группа дружинников.

– Эй, князь! – подойдя вплотную к берегу, прокричал один из них. – Это зову тебя я: Фрол!

– Чего тебе, смерд?!

– Руси Великой нужен один князь! – прокричал в ответ тот.

– Ты с ним сейчас говоришь, Фрол!

– Нет, Дмитрий Иванович. Московское княжество – заплата на кафтане. С одной стороны – Орда, с другой – нижегородцы, с третьей – Великое Литовское княжество! Неужто думаешь, что крошечному уделу всех одолеть дано.

– С помощью Божьей и Мамая, и Тохтамыша одолели. Даст Бог, и с остальными сладим!

– Склони голову, Дмитрий Иванович! И грех не возьмешь великий на душу, животы сохранив и свой, и тех, кто под хоругви твои соберется! Склони и крови великой пролиться не дай! Признай Ягайло своим правителем и королем Польши и всея Руси!