Татьяна Бродских - Тропа первая

Из снега мы выбрались, когда совсем стемнело, и то мои друзья собирались кататься дальше, но я была уже вся мокрая и замерзшая. Не хватало еще заболеть. Это драконам хорошо, они взлетели на террасу, обернулись людьми, и стоят себе в чистой сухой одежде. А мне еще отряхиваться пришлось. Люк вызвался помогать, но его руки норовили отряхнуть снег только с выдающихся мест. Мне это не понравилось, Северену тоже, завязалась перепалка, благо, только словесная. Я отошла от парней в сторону, помня об их прошлой драке. В конце концов, что я сама с шубой не справлюсь? Но тут на террасу спикировал взрослый дракон, я уже хотела куда‑нибудь бежать, но узнала своего знакомого. А он меня, потому что тут же ткнулся мордой в мой живот, обнюхивая. Правда, мокрый снег в носу ему совершенно не понравился, и он дыхнул на меня горячим воздухом, мгновенно согревая и подсушивая мой полушубок. А потом, как ни в чем не бывало, подставил морду, напрашиваясь на ласку. Пришлось чмокнуть. Но дракону этого показалось мало.

— У тебя совесть есть? — рассмеялась я, поглаживая горячий нос и отбиваясь от раздвоенного языка, которым он пытался меня облизать. — Ты меня для чего грел и сушил? Чтобы обслюнявить? И вообще, что за дела? Я думала, ты от поцелуя превратишься в красавца принца, а ты как был наглой рептилией, так и остался.

Дракон мигнул, замер, а потом как бы поплыл, растворяясь в темноте. Я растерялась, первой мыслью было, что дракон призрак или, того хуже, что он обиделся, но тут ко мне из темноты шагнул Ренальд и все встало на свои места. Черт, я в жизни еще не чувствовала себя так глупо и неловко. Стыд и понимание своей оплошности жгли сердце, это надо же додуматься, относиться к дракону, как животному. Ведь видела, как парни превращаются, могла бы догадаться, что мой дракон тоже мужчина. И даже поведение Рена понятно, ведь я его гладила, обнимала, неудивительно, что в человеческом облике он ведет себя так, будто мы давно любовники.

— Элен, я хотел бы извиниться, — начал Ренальд, подойдя ко мне.

— Ну что вы, это я должна у вас просить прощения. Поверьте, такого больше никогда не повторится. Я по глупости думала, что дракон это только дракон, большой, умный, но не более…

— Элен, дядя опять тебя пугает? — влез Северен, окидывая нас подозрительным взглядом.

— Нет, что ты, мы наоборот, разобрались в одном недоразумении. Надеюсь, твой дядя о нем забудет. Хорошего вечера, Ренальд, — слегка склонила голову в знак прощания, радуясь тому, что на террасе света очень мало и мужчина не видит моих пунцовых щек. Бежать, быстрее бежать из этого дурдома. Элхард как же я соскучилась по твоей улыбке, по нежности и такту. Я готова сама тебя поцеловать, только забери меня отсюда.

«Недоразумение», «дракон это только дракон», «никогда больше не повторится» — эти слова, будто огнем прошлись по душе Ренальда. Он смотрел вслед девушке, с каждым ее шагом теряя надежду на то, что все эти слова всего лишь дань смущению. А что, если это правда? Если она действительно считает их встречу недоразумением и сейчас с брезгливостью вспоминает ласки, которые дарила его зверю. На память Рену пришла окончание фразы Элен, которую он услышал, войдя в комнату племянника. Выходило, что он не ошибся и девушка влюблена в того парня, они уже детей планируют. Ярость захлестнула дракона, желание избавиться от соперника росло с каждой минутой. С трудом мужчине удалось успокоиться и принять разумное решение: повременить с убийством, хотя бы до того момента, пока он не будет уверен, что Элен его пара. Но кое‑что он мог сделать уже сейчас…

Остаток вечера прошел столь же душевно, как и катание на санках. Мы всей толпой обосновались в гостиной у Северена, разговаривали, играли в шарады, выпивали. Кстати, драконы к спиртному относились негативно, уважали только слабенькие белые виноградные вина. Но и этого молодым парням оказалось достаточно, потому что Люк предложил позвать наложниц, чтобы они своими зажигательными танцами скрасили наш досуг. Северен был настроен резко против, они с Люком опять подрались, последнего черт дернул назвать меня любовницей паренька. Самое интересное, красавчик глупцом не выглядел, думаю, он специально провоцировал Северена. Еще бы знать для чего. Честно признаться в конечном итоге я устала, и у меня было только одно желание — вернуться в маленькую комнату гостиницы, свернуться калачиком под боком у Элхарда и уснуть. Поэтому, когда на руке засветилась метка — летящий дракон, я обрадовалась, подскочила и бросилась к креслу, на котором лежал мой полушубок.