Татьяна Бродских - Тропа первая

Не знаю, что еще вчера успел Элхард сказать своим людям, но ни один из них, даже в сильном подпитии, не спросил у меня, как так вышло, что выжила только я. Меня данный факт только радовал, как и то, что под хмурым взглядом блондина все улыбки резко увяли, а мужчины уделили все свое внимание завтраку. Наверное, другая бы поздравила себя с тем, что ей удалось отхватить такого сильного защитника и пользовалась бы этим, но меня данный факт только расстраивал. Потому что в Элхарде я видела живого человека, а не средство для достижения цели.

Как и говорил блондин, не прошло и часа, как мы покинули деревню. Мои вещи были упакованы и привязаны к седлу какого‑то воина, если бы постаралась то и имя его вспомнила, но мне оно было не нужно. При упаковке Эл заметил мою шубу и его рука дрогнула, а потом он поднял на меня взгляд, в котором застыл вопрос.

— Подарок дракона, — потом подумала и показала ему еще ожерелье. Сначала я не собиралась ничего говорить Элу о моем маленьком состоянии, но нам вместе путешествовать, а возможно и жить, если мне не удастся вернуться домой. Да и кто, как не местный житель может примерно оценить мое приобретение.

— Твое приданое, — хмыкнул мужчина, почему‑то помрачнев.

— Что‑то не так? — не поняла настроения блондина, ведь он должен был обрадоваться, что его невеста не голодранка. Или нет?

— Все так. Просто это дорогие и личные вещи, такие подарки драконы не делают только из благодарности. Хотел бы я в этом ошибаться, но мне было бы спокойнее, если бы он просто принес тебе кошель с золотом. Или вообще не появлялся, — честно ответил мужчина, накрывая мою руку своей ладонью.

— Вещи женские, их могла собрать мать Северена, — неуверенно произнесла я, теряясь от столь близкого соседства. Видимо, мое предположение успокоило Элхарда и он убрал руку, я мысленно вздохнула с облегчением, не зная еще тогда, что основное испытание впереди. А именно поездка верхом в тесной близости с женихом. Хотя, после такого путешествия он был бы обязан на мне жениться. Я как‑то никогда не думала, что возможен такой практически интимный способ передвижения. Это хорошо, что стояла зима, а то не представляю, каково это было бы ощущать, как перекатываются мышцы мужчины под тонкой рубашкой, как бьется его сердце. Кстати, пока я утеплялась по совету Элхарда, он успел куда‑то сбегать и принести мне цветастый платок с рукавичками.

— В первом же городе купим тебе нормальный полушубок, а то этим только пугать, — тихо проговорил жених, обнимая меня одной рукой, а другой направляя коня на выезд из деревни. Дыхание Элхарда коснулось моего лица, теплое, вызывающее мурашки и желание отодвинуться, но он только крепче стиснул мою талию. Я вскинула глаза на мужчину и слова возмущения замерли на моих губах, лицо Эла было непозволительно близко. Пришла мысль, что он меня сейчас поцелует, а я ведь даже оттолкнуть его не смогу, мы же вроде как женаты. Но нет, мужчина всего лишь улыбнулся и устроил меня удобнее, чтобы я опиралась спиной на его грудь. Все было хорошо и правильно, но вот откуда‑то взялось легкое чувство разочарования.

Рен встретил рассвет на балконе, его не беспокоил мороз и ветер, все его помыслы были направлены на восток. Ночью он почти не сомкнул глаз, лишь изредка проваливаясь в тревожные сновидения. Зверь затаился, давая человеку возможность разобраться самому, только не проходящая тоска не давала забыть Рену, что его дракон уже сделал выбор. Какой? Почему? Ответа не было. Да и что мог ответить на этот вопрос зверь, для которого важны инстинкты, запахи? А что увидел Рен? Мог ли он с уверенностью сказать, что это та самая девушка, которую он искал всю жизнь? Нет. Но и убежденности в обратном не было. Оставалась вероятность, что в силу возраста его чувства притупились и одной встречи недостаточно для точного ответа. И разве можно тот коротенький монолог назвать встречей? Девушка считает его каким‑то ненормальным драконом, чуть ли не ручной зверюшкой. Откуда она вообще такая взялась? Память зверя была доступна и Рен прокручивал первые воспоминания о девушке. Что‑то его царапало, крутилось в голове. То, что эта Элен из замка, он уже понял, ей просто неоткуда было взяться в лесу. Скорее всего, она убежала, когда они с Сетаром напали на убежище мага. Элен. А не та ли это Элен, в которую влюблен племянник? Вряд ли в такой глуши много девушек с похожим именем? Рен еще раз проверил воспоминания зверя и нашел то, что его цепляло — от девушки пахло Севереном, его кровью. Вот и разгадка того, почему Элен считает его большой игрушкой, она иномирянка.