Диана Гэблдон - Путешественница

Утолив жажду, я отвернулась от скалы и чуть не налетела на Джейми, который вырос передо мной как из-под земли. Он засовывал в карман металлическую коробочку с кресалом, трутом и кремнем, а от его плаща исходил слабый запах пороха. Бросив на траву маленькую обгорелую щепку, Джейми ногой затер ее в пыль.

– Ты откуда взялся? – спросила я, заморгав при этом видении. – И где был?

– В той маленькой пещере, – пояснил он, ткнув указательным пальцем себе за спину. – Хотел посмотреть, наведывался ли туда кто-нибудь.

– Ну и как?

Приглядевшись повнимательнее, я увидела обнажение породы, скрывавшее вход в пещеру. Он был неотличим от множества других глубоких расщелин, и заметить его, не зная, где и что искать, представлялось практически невозможным.

– Были гости, – ответил он и сдвинул брови, размышляя о чем-то. – Там есть древесный уголь, смешанный с землей, – кто-то разводил костер.

– Как ты думаешь, кто это был? – спросила я, огибая скальный выступ и просовывая голову в темный зев.

Ничего, кроме темноты, увидеть не удалось. Кто мог найти это место и зачем кому-то понадобилось разводить там огонь?

А не мог ли кто-то из представителей власти, заинтересовавшись контрабандной деятельностью Джейми, проследить его связи до самого Лаллиброха? Не пахнет ли это преследованием и засадой? Я невольно оглянулась, но не увидела ничего, кроме ольховых деревьев; сухие листья шелестели на осеннем ветерке.

– Не знаю, – рассеянно обронил он. – Охотник, наверное: здесь вокруг разбросаны кости куропатки.

Судя по всему, его не волновала личность неизвестного, и я успокоилась, поддавшись ощущению безопасности, которое дарила горная Шотландия. Отсюда и Эдинбург, и бухточка контрабандистов, и все недавние приключения казались такими далекими.

Юный Айен, завороженный открытием невидимой пещеры, исчез в расщелине, а через некоторое время вынырнул оттуда, стряхивая с волос паутину.

– Она похожа на пещеру Клуни, дядя? – спросил он с горящим взглядом.

– Не такая большая, Айен, – ответил Джейми с улыбкой. – В эту бедному Клуни было бы не протиснуться. Он ведь дородный был, вдвое шире меня в обхвате.

Джейми сокрушенно прикоснулся к груди в том месте, где была оторвана пуговица. Узкий вход оказался тесноват даже для него.

– О каком Клуни вы говорите? – спросила я, стряхивая с рук последние капли ледяной воды и засовывая ладони под мышки, чтобы согреть.

– О Клуни Макферсоне, – ответил Джейми.

Он наклонился и побрызгал холодной водой себе в лицо. Подняв голову, сморгнул искрящиеся капельки с ресниц и улыбнулся мне.

– Весьма бесхитростный малый, этот Клуни. Англичане сожгли его дом, но сам Клуни ускользнул. В пещере неподалеку он устроил уютную каморку, а вход прикрыл загородкой из переплетенных ивовых ветвей, обмазанных глиной. По слухам, можно было стоять в трех футах от него и не заподозрить, что там находится пещера, если, конечно, Клуни не курил в этот момент свою трубку.

– Принц Карл тоже скрывался там какое-то время, когда за ним охотились англичане, – сообщил мне юный Айен. – Он прожил у Клуни несколько дней. Английские ублюдки все вокруг перерыли, но так и не нашли ни его высочество, ни Клуни!

– Иди сюда и помойся, Айен, – велел Джейми довольно суровым тоном, отчего парнишка заморгал. – Не можешь же ты явиться к родителям весь в грязи!

Айен вздохнул, но послушно подставил руки под струйку воды и с оханьем принялся плескать ее на лицо, которое, строго говоря, было не таким уж грязным, хоть долгое путешествие и оставило на нем некоторые следы.

Я повернулась к Джейми, который с рассеянным видом наблюдал за племянником. Размышлял ли он о сложностях предстоящей встречи в Лаллиброхе или возвращался мыслями в Эдинбург к обугленным остаткам его печатной мастерской и мертвецу в подвале борделя? А может, унесся помыслами еще дальше, к Карлу Эдуарду Стюарту и дням восстания?

– Что ты рассказываешь своим племянницам и племянникам о Карле? – тихо спросила я под фырканье Айена.

Взгляд Джейми стал осмысленным и остановился на мне. Значит, я была права. Его глаза слегка потеплели, и легкая улыбка отметила успех моего умения читать мысли, но потом и тепло, и улыбка исчезли.

– Я никогда о нем не говорю, – тихо ответил он, повернулся и пошел ловить лошадей.

Три часа спустя мы проехали последние из продуваемых ветрами перевалов и двинулись по последнему склону вниз, к Лаллиброху. Джейми, ехавший первым, придержал коня и подождал нас с Айеном.