Юрий Корчевский - Пограничник против Абвера

Службы вещевого снабжения наконец-то завезли погоны – как полевые, защитного цвета, так и для парадно-выходной формы. Только у командиров, что «на земле» служили, такой формы не было. У штабистов да генералитета только.

Девятнадцатого апреля объявили всеобщее построение, на котором зачитали Постановление Совета Народных Комиссаров № 418/138 СС о создании Главного Управления контрразведки СМЕРШ, начальником – комиссар второго ранга В. С. Абакумов. Создание готовилось давно, не зря командиров собрали в учебный центр, проводили обучение. Вскорости заменили удостоверения с надписью «НКВД» на похожие «корочки» с аббревиатурой «ГУКР СМЕРШ».

Почти сразу началось распределение офицеров по армиям, фронтам. Обученные сотрудники составляли костяк, их назначали командирами групп. А уже в состав групп включали простых офицеров из числа бывших сотрудников военной контрразведки, выписанных из госпиталей офицеров-фронтовиков, ограниченно годных к строевой службе. Почему-то считалось, что служба в контрразведке была более спокойным местом, чем передовая. Жизнь опровергла эти мнения. Служба оказалась опасной, полной риска.

В среднем оперативник служил три месяца, выбывая по смерти или ранению.

Федор вместе с Багрянцевым и несколькими офицерами попал в одну команду под руководством Светлова. Дальновиден был капитан. Мало того что перетащил из других служб в УОО толковых офицеров, ухитрился наиболее опытных в свою команду определить. Федор понял: не обошлось без «волосатой руки» в руководстве. Но в общем – на благо делу. О том, на какой фронт едут, никто до поры до времени не знал. Погрузили в теплушки – и в путь. Светлов на вопросы не отвечал, улыбался загадочно.

– Секрет, позже узнаете.

Но Федор Дмитрия достаточно хорошо знал, понял: хитрит. И только когда эшелон миновал Москву, Федор догадался: едут на север, в сторону Калинина. С тех пор как Казанцев получил приказ о переводе и уехал в Москву, на Калининском фронте произошло много перемен. В конце ноября фронт начал проводить Великолукскую операцию, в ходе которой наши войска вышли и в двух местах перерезали железнодорожную ветку, связывающую немецкие группы армий «Центр» и «Север», а 17 января освободили Великие Луки. Одновременно с Калининским наступал и Западный фронт. В результате наступления удалось продвинуться на 130–160 километров. Десятого марта 1943 года освободили город Белый.

При Калининском фронте, как и при других фронтах, были созданы управления контрразведки. Калининское возглавлял Николай Георгиевич Ханников, а отдел при 3-й Ударной армии – Александр Михайлович Давыдов. В эту армию и попали «свежеиспеченные» смершевцы. Кроме 3-й Ударной в состав фронта входили 4-я Ударная, 43-я армия и 3-я воздушная армия. Структура СМЕРШа была централизованной, то есть подчинялась не фронту, армии или дивизии, а своему вышестоящему начальству. Фронтом в то время командовал А. И. Еременко.

По прибытии представились начальству. Группа Светлова была определена в Великие Луки.

Город во время боев сорок первого и сорок третьего годов был сильно разрушен, жителей осталось мало. Однако заботой смершевцев была армия, а не гражданское население. На территории должен был работать НКВД.

Первым заданием для группы стала проверка партизанского отряда. Во время наступления Красной Армии партизаны активно действовали в тылу немцев, обстреливали автоколонны, взрывали поезда. Но и от гитлеровцев им досталось. Сначала каратели пытались окружить и уничтожить, потом отступавшая немецкая армия обстреливала леса из артиллерии и бомбила с воздуха. Отряд был частично уничтожен, частично рассеян. Отдельными группами по два-три человека просачивались через линию фронта.

Теперь смершевцам надо было профильтровать: не подосланы ли под видом партизан агенты? Перекрестные допросы, очные ставки. Времени потратили много, зато «подсадных уток» не было. Все годные к строевой службе были призваны в действующую армию.

После первой пробы сил пошли индивидуальные задания. Федору досталась проверка 356-й полевой хлебопекарни. Даже смешно! Он, контрразведчик, задержавший или обезвредивший не одного вражеского агента, должен проверять пекарей. Видимо, на лице его определилось неудовольствие. Да за кого его, боевого офицера, принимают? Однако начальник отдела сказал:

– Без хлеба русский солдат сыт не будет. Традиция у нашего народа такая. В последнее время бойцы и командиры жаловаться стали. Хлеб по качеству хуже пошел, да и буханки подозрительно легкие по весу. Если солдат голоден, какой из него вояка? Так что приложи все силы, подойди со всей ответственностью. Жду результатов.