Юрий Корчевский - Пограничник против Абвера

– А призваны они из разных мест?

– Из разных областей.

Это могло играть роль, если в районах призыва эпидемия какой-то болезни была. Но тиф, брюшной или сыпной, медики четко диагностировали.

– Давай по сто грамм и обмозгуем, – предложил Светлов.

– Только по сто, не больше. Мне трезво мыслить надо.

Выпили по соточке. Дмитрий предложил:

– Давай с самого начала.

– Давай.

– Военкоматы призыва разные, как и области. Так?

– Не знаю, я в части не выезжал.

– Я знаю через моих особистов. Потом поезд и запасной полк.

– Полк один?

– Тоже разные. Среди умерших танкисты есть, артиллеристы, но больше пехотинцев.

– Продолжай.

– Потом покупатели, поезд – и новобранцы уже в частях. И сразу смерть.

– Вагоны перед посадкой дезинфекцию проходили?

– А должны? Не знал. Сейчас напрягу военного коменданта на станции, пусть выяснит.

– Никакой связи между умершими не нахожу пока.

– Я тоже.

– Дай мне адрес любой части из рапорта.

– Зачем далеко ехать? Артиллерийская бригада в Торжке стоит, а пехотный полк – в Лихославле.

– Я с них начну. А ты звони коменданту. Вечером буду у тебя.

– Договорились.

Пехотный полк дислоцировался на окраине города.

У въезда его уже встречал особист, видимо, Светлов подсуетился, позвонил.

– Вам к командиру? – козырнул лейтенант.

– В последнюю очередь. Мне бы с бойцами побеседовать, с новобранцами, прибывшими той же командой, что и умершие. В вашем полку две смерти?

– Так точно. Сейчас организую.

Особист быстро собрал бойцов.

– Мне бы с глазу на глаз побеседовать с каждым, – попросил Федор.

– Без меня? – удивился особист. – Сейчас сделаю.

Через несколько минут вернулся.

– Палатка свободная есть, можно допросить.

– Не допрашивать приехал, побеседовать доверительно.

Особист хихикнул, в его понятии – только допрос, да жесткий, без сантиментов. Чудит приезжий старлей, но возразить ему особист не посмел. Сам Светлов звонил, сказал: выполнить все, что гость попросит.

Федор уселся за стол, разложил перед собой блокнот и карандаш, пригласил первого новобранца. Остальные кучковались у палатки под бдительным взором особиста.

– Добрый день, садитесь, – предложил Федор.

Солдат робко присел на краешек табуретки.

– Фамилия, когда призван?

– Боец Иванов из Ивановской области, – вскочил новобранец.

– Сидите, не надо вскакивать. Это просто беседа, с глазу на глаз. Иванов – это хорошо. На Ивановых вся страна держится.

– Это точно, – улыбнулся боец.

– Расскажите все, что с вами происходило с момента призыва.

– Подробно?

– Желательно.

– Повестка из военкомата пришла. Мать собрала, поплакала, как водится. Утром в военкомат пошел, вместе с другими. Отвезли нас в запасной полк под Ковровом. Три недели учили маршировать, изучали винтовку, стреляли, а потом на поезд. В первый раз на поезде ехал, – широко улыбнулся парень.

Конечно, молодой, едва восемнадцать стукнуло, да еще из глухой деревни. Для него поездка на поезде, даже в теплушке, целое событие.

– Понравилось?

– Еще бы. Сидишь, а мимо страна проплывает.

– Ну хорошо. В вагоне вас много было?

– Сорок человек, все места на нарах заняты. Хорошо – тепло, а под утро все равно шинелью укрываться приходилось.

– Что в вагоне делали?

– Кто помоложе – песни пели, о себе рассказывали. А кто постарше – в карты играли, сухари грызли, о семьях говорили.

– Выпивали?

Боец смутился.

– Было. Но я не пил. Без отца я рос, а мамка смотрела строго, ни выпивать, ни курить не разрешала. Она у меня в церковь ходит, верующая.

– А где водку или самогон брали?

– Откуда деньги на водку? Самогон. Так его на каждой станции продают из-под полы. Я на остановках семечки жареные покупал, люблю их.

– А кто покупал?

– Фамилий не знаю, не успел всех запомнить, все же сорок человек… – Новобранец отвел глаза.

Ясно было, не хотел выдавать товарищей.

– Иванов, из них, кто с тобой в одном вагоне ехал, уже здесь умер кто-нибудь?

– А как же, на следующий день. Для нас для всех потрясение.

– Они выпивали?

– Выпивали, – кивнул головой боец.

Про умерших можно сказать правду, им хуже уже не будет.

– Они сами покупали?

– Ага. Который помоложе, Денисов его фамилия, на остановке чайник взял, побежал за кипятком: сухари размочить, с сахарком попить. Хоть без заварки, а все равно в кишках не так бурчит. Я попросил кружку налить, так он не дал. И не кипяток там был. Как вернулся он, уединились они в углу, по кружкам разливали. Бульканье-то слышно.