— Удобное место, чтобы пойти на прорыв, — согласно кивнул Ренки. — Но если они ринутся на баррикады, мы их всех постреляем. Думаю, они это понимают. Так что, вероятнее всего, кредонцы попытаются захватить «наш» дом, для чего и копят сейчас силы, а дальше им прямая дорога к башне. Сержант, — окликнул он знакомого унтера Одиннадцатого полка. — Оставить по пять человек на каждой баррикаде. Остальные пусть подтягиваются сюда. Бегом! Ты, — ткнул он пальцем в другого сержанта, когда спустился на первый этаж. — Сейчас кредонцы пойдут на штурм. Все должны их встретить дружным залпом. Пусть только двое твоих постреливают из разных окон для отвлечения внимания. У остальных мушкеты должны быть заряжены. Мушкеты убитых и раненых тоже зарядить и поставить возле окон. Самые меткие твои стрелки пусть выстрелят из них по второму разу. Штыки примкнуть, палаши приготовить. Кажется, намечается хорошая драка!
Этот выстрел был намного более удачным, чем несколько сотен других, — пуля попала солдату в ногу, он свалился, и щит, край которого он держал над головой оу Готора, долбанул того по макушке.
— … — весьма благочестиво выразился первый лейтенант, к большому изумлению всех присутствующих даже не помянув несчастного Небесного Верблюда. — Гаарз, долбани по кладке еще разок, как следует. Отлично. Киншаа, воткни в дыру бочонок. Короткий запал, минуты на две. Отойти успеем. Сделал? Все, ребята. Аккуратно отходим. Держите щит. Гаарз, Киншаа, возьмите раненого!
Импровизированная «черепашка» отползла на безопасное расстояние, старясь не выходить из мертвой зоны, чтобы не попасть под выстрелы из башни. Из одной из бойниц на них сбросили не то стул, не то еще какой-то предмет мебели, но вреда от этого не было никакого. Раздался грохот взрыва, и «черепашка» поползла обратно, прямо в облако пыли и дыма.
— Отлично! — констатировал Готор, увидев, что взрывом разворотило угол кладки и теперь в башню можно было войти колонной по два, не пригибаясь. — Я вперед, — начал приказывать он. — Гаарз, Киншаа, за мной, приготовьте пистолеты, с мушкетами в башне особо не развернешься. Вы трое, у кого тюки с соломой, мушкеты оставить тут — и сразу за нами. Сержант, возьми еще двоих, держи щит и смотри, чтобы к нам не полезли с тыла. Остальным приготовиться подавать свои тюки.
Вытащив из-за пояса двуствольный пистолет, Готор, по своему странному обычаю, взял его двумя руками и нырнул в темноту пролома. В стороне кто-то громко застонал, и дуло пистолета мгновенно метнулось в направлении звука.
— Не боец, — констатировал Готор, давя тошноту при виде полуобожженного и посеченного кирпичной крошкой тела, все еще подающего признаки жизни. И двинулся дальше.
Дверь перекошена. Удар ногой. Открылась. Пистолет, а следом за ним и Готор метнулись дальше. Каменная стена. Вдоль нее — проход в старую башню. Кто-то мелькнул впереди. Выстрел. Шаг назад за дверь, ответная пуля с противным визгом рикошетит о стену. Шаг вперед, и новый выстрел. Пистолет за пояс. Достать второй. Помещение полно порохового дыма, но лестница подозрительно скрипит. Быстро метнуться в сторону, к противоположной стене. Пуля опять пролетает мимо. Выстрел на вспышку, тяжелое тело скатывается под ноги.
— Сержанты, держать лестницу! — приказал Готор Гаарзу с Киншаа, и те, взяв пистолеты, направили их наверх, мало что видя в пороховом дыму, затянувшем все помещение. — Тюки складывать сюда, — продолжал быстро распоряжаться Готор. — Лей масло. На лестницу лей, дурень! Собери пороховницы у мертвых, клади под столбы. Отлично. Надеюсь, лестница тоже загорится, а может, и обвалится. Мушкетер, шнур тлеет? Подожги запал. Все, уходим. Вы двое, вперед. Я за вами.
Готор последним выбрался из пролома на показавшийся ему необычайно чистым после дымного подвала воздух, и все участники диверсии еще долго отсиживались за щитом, пытаясь прокашляться и стараясь не тереть слезящиеся и чешущиеся глаза грязными, пропитанными пороховой сажей руками.
— Ну, кажется, лестница занялась. А шашка дает достаточно дыма, так что кредонцы вряд ли попытаются спуститься и выкинуть все это на улицу. Уходим.
У Ренки тоже было довольно жарко. Кредонцы оказались чуточку хитрее, чем он рассчитывал, и не полезли напролом, как он предполагал, а предприняли сначала отвлекающий маневр. Внезапно на соседней улице начался какой-то переполох. Густая стрельба, крики, ответный залп, опять рассыпчатая дробь егерских мушкетов… Пришлось отрядить одно капральство на подмогу. Увы, но солдаты, едва отбежав от дома, попали под залп егерей, и из более чем дюжины человек обратно смогли приползти лишь двое. Один — только для того, чтобы практически сразу же умереть, скрючившись у стенки.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу