Сергей Чехин - Я и моя суккуба

Поднял голову и увидел нависшую надо мной суккубу. Хира уперла кулаки в бока, сердито помахивала хвостом и смотрела на добычу с улыбкой, рядом с которой комиксовый Джокер – королева Несмеяна. Легкое движение, и меня вытащили за шкирку как облезлого котенка и швырнули на землю. Кое-как встал на четвереньки, но получил увесистый пинок под зад и распластался в грязи.

Меня рывком перевернули на спину и наступили на грудь – слегка, не мешая дышать, но и встать я уже не мог. Пока щадили, но скоро кошка наиграется, и дай демиург, чтобы мышке просто раздавили голову, а не порезали на лоскуты или еще чего похуже. При умелых руках и богатой фантазии такими коготками можно причинить «наслаждение», какое не снилось и целой артели палачей.

– Последнее слово, человечек, – гулко прорычала демоница.

Я улыбнулся. Вечно моросящий дождик падал на красную кожу, отчего суккуба исходила испариной. Мои же патлы промокли и противными щупальцами упали на лицо, закрыв левый глаз. Я посмотрел на вставшую в победную позу смерть, хохотнул и прошептал растрескавшимися сбрызнутыми кровью губами.

– Что ты бормочешь? – Хира нахмурилась и чуть наклонилась.

– Пофиг… – сказал громче.

– Пофиг? – брови поползли вверх.

– Ага… – закашлялся и сплюнул. – Пофиг. Хочешь – убивай. Все равно я дурак и долго тут не протяну.

– Думаешь, сможешь меня разжалобить? Взять на плак-плак и выклянчить помилование?

– Повторяю – пофиг.

Девушка схватила за грудки и подняла на ноги, приставив бритвенно-острый коготь к бешено пульсирующей шее. Дыхание бестии обдавало жаром как из открытой духовки и пахло кипящей смолой, а взгляд, казалось, пронзал насквозь.

– Пофиг? – в который раз уточнила она.

– Ага, – я пошатнулся как пьяный, не устояв на ватных ногах, и если бы не «поддержка» девушки, грохнулся бы к ее копытам. – Пофиг.

– Мне придется тебя наказать, – без намека на издевку произнесла суккуба. – Мы такое не прощаем.

– О, да. Накажи меня, госпожа, – глупое хихиканье оборвалось мокрым и не менее глупым хрюком.

– Тогда стой ровно и не трясись, как тряпка, – процедила сквозь стиснутые клыки.

– Как скажешь.

Было непросто, но я удержался. Горделивой осанкой это не назовешь, но получилось вполне достойно. Хира отшагнула, замахнулась, и последнее, что я увидел перед отключкой – летящий в челюсть кулак.

***

Холод. Жесткость. Тишина, нарушаемая лишь каплями на стекле. Запах пыли. Прикосновение досок к обнаженному телу.

Я дома?

Ну, конечно, свалился с кровати и заснул на полу – там же, где грохнулся в обморок из-за чертовой книги. Переутомился – бывает.

Но тогда почему так болит лицо?

Потер глаза и осмотрелся – нет, не сон. Пустая комната, паутина в углах, грязь. Как я тут оказался? И кто перебинтовал ноготь? И почему я в одних белых панталонах до колен?

– Хира?

В сей же миг скрипнула дверь, и на пороге появилась суккуба в костюме горничной и с подносом в руке. Причем обновка выглядела как из магазина для взрослых – короткое платьице с прямоугольным вырезом, кружевной передник, чулки, на рогах – черно-белый чепчик. Выражение лица – чопорней, чем у английского дворецкого, а осанка под стать бывалой гейше.

Процокав в угол, прислужница поставила ношу мне на колени, сложила ладони на животе и голосом женской версии Бэрримора произнесла:

– Ваши утренние сухари, сударь. Почти без плесени.

– Как?.. Почему?.. В смысле… – офигевая от происходящего, покосился на браслет – красный фиал демоницы показывал пять делений из десяти. – Что за? Ай!

– Советую не открывать широко рта, сударь.

– Блин… – зашипел, схватился за щеку и зашипел еще сильнее. Надо поскорее найти жрицу.

– Могу подуть, – услужливо предложила бесовка.

– А поцеловать? – с раздражением бросил я.

– А перее(͡๏̯͡๏)ать? – тем же тоном спросила Хира.

Молча посмотрел на нее и захохотал, превозмогая боль.

– Вы в порядке, сударь?

– Да… – не сразу понял, что сопливое шмыганье – это не насморк, а жжение в глазах – не аллергия на пыль. – В полном. Блин… Скажи, а ты бы убила меня?

– Не задавайте вопросы, на которые не хотите знать ответы.

– Но почему? Я же потратил всю твою симпатию. Фиал был на нуле. Как?

Амулет дрогнул – минус одно деление.

– Ладно, ладно, – поднял ладони в примиряющем жесте. – Забыли. Надо найти Ермака и девчонок и заняться поисками Рога. Не знаешь, что в городе творится?

Суккуба сунула два пальца в декольте и достала из ложбинки сложенный вчетверо лист бумаги. Развернув странный подарок, увидел свою рожу и подпись: 50 золотых, брать живьем. Из-за рисунка углем заросшая физиономия в обрамлении гривы грязных волос больше подходила разбойнику с большой дороги, но даже по такой наводке меня легко могли узнать. Как вскоре выяснилось, за товарищей тоже объявили награду, и где их искать – загадка, но в первую очередь стоило проверить убежище девчат в подвале. Идти туда в таком виде – самоубийство, за такие деньжищи за мной даже крысы с собаками охотиться начнут, поэтому стоило переодеться и замаскироваться.