Александр Мазин - Легион против Империи

И Сигисбарн приказ выполнил. Тяжелые фургоны и массивные возы, увязая в рыхлом грунте, съехали с дороги на скошенное поле. Сигисбарн помнил, что везет, и вел себя правильно.

Легионеры Четвертого Флавиева бодрым шагом проклацали мимо. Никто из кентурионов и трибунов не удосужился приглядеться поближе к значкам когорт.

Лишь кто-то из опционов последней когорты поинтересовался, откуда «родом» коллега-опцион из встреченной части и что интересного в опекаемом им фургоне.

Опцион был не германцем, а италийцем. Но – по-германски простодушным. Потому ответил правду: мол, шестой кентурии девятой когорты Первого Германского «старший сержант».

Надо отметить, что Серапаммон не удосужился назвать «номер части» начиненных золотом бунтовщиков. Поэтому прошло некоторое время (примерно час), пока информация достигла ушей легата.

Ух, как он взвился!

Некомпетентность свежеиспеченного легата в данном случае сработала в плюс. Серапаммон ни на миг не усомнился, что информация точная. И приказал немедленно развернуться и перехватить негодяев.

Повинуясь команде, легион припустил в обратном направлении. И опять никто не удосужился донести до солдат и младших кентурионов смысл маневра.

Тем временем, парни Сигисбарна вновь выбрались на дорогу и без особой спешки двинулись дальше…

Когорты как раз въезжали в небольшой городок, когда на пригорке показалась Аквила Четвертого Флавиева…

Стоит отдать должное Сигисбарну: он сразу сообразил, что чужие легионеры спешат назад не для того, чтобы извиниться за проявленное неуважение. Если они возвращаются, значит пронюхали, что именно охраняют когорты Первого Германского. А коли так, то надо готовиться к обороне.

Сигисбарн рявкнул команду – и три кентурии девятой когорты перекрыли дорогу у ворот.

А остальные вошли в городок и заняли наиболее удобную позицию для обороны: городской форум. Фургоны сомкнулись, перегородив улицы. Стрелки взобрались на портики и крыши. Все прилегающие здания были проинспектированы и «очищены». Лишние люди (включая громко протестующую городскую администрацию и кучку жрецов) выставлены за пределы «крепости».

На всё это потребовалось меньше получаса…

Это время Сигисбарну было любезно предоставлено суматохой, возникшей на дороге, когда порядком запыхавшийся авангард (в прошлом – арьергард) Четвертого легиона наткнулся на хлипкий заслон из трех кентурий.

Хлипкий-то, хлипкий, но вполне достаточный, чтобы остановить походную колонну.

Трибун-латиклавий, молоденький и храбрый сенаторский сынок, потребовавший немедленно освободить дорогу, получил из пращи по красивому шлему и рухнул на дорожные плиты. Впрочем, особо не пострадал, только задницу ушиб.

Укрывшийся за спинами охраны Серапаммон потребовал немедленно втоптать негодяев в землю, но более опытный примипил Четвертого резко воспротивился. Толпой, что ли атаковать? Превосходство очевидно, однако супротивники очень верно выбрали позицию. С флангов не подойти – дома. Только в лоб. А в лоб – это кентурия против кентурии. Остальные будут бесполезно топтаться позади. Так что по его, примипила, мнению, следует поступить просто: послать в обход конницу, а наглых «германцев» обстрелять из орудий.

Сераппамон идею немедленно одобрил. Однако тут же выяснилось, что орудий-то при легионе нет. В лагере оставили, чтоб в дороге не отягчали. Всей артиллерии – два «скорпиона». Но толку от них никакого, потому что в спешке забыли взять для них стрелы. А со стрелами вообще проблемы. У каждого ауксилария имеется «носимый» боезапас, но это всё.

Серапаммон поорал минуты три, потом заткнулся и предоставил примипилу действовать самостоятельно.

В результате две алы конницы поскакали в обход, а две последние кентурии последней когорты (в обратную сторону легион, как сказано выше, двигался задом наперед) быстренько построились и двинулись на противника.

Противник встретил их метким градом пилумов. Потерь почти не было, но строй смешался и атака остановилась. У легионеров Четвертого пилумов не было. Почему? А хрен знает. Так вышло. Последняя когорта – она и есть последняя когорта. Новобранцы, трусы и лентяи.

Серапаммон рвал и метал. Из хвоста колонны в голову спешили примипиловы орлы… Но пока они «прилетели», кентурии противника без спешки и в полном порядке отступили в глубину улицы. Легионеры десятой когорты Четвертого Флавиева радостно (но тоже без спешки) двинулись за ними… Перекрыв путь подоспевшим «старшим товарищам» из первой когорты.