Артем Каменистый - Горечь пепла

– Вижу.

– Там пара чудаков три года назад поставила дом на сваях и причал. Чуть дальше бьет источник с хорошей водой, она не портится подолгу, многие тут останавливались, чтобы наполнить свои бочки. Но место неудачное, первое же наводнение их смыло. А не смой после ливней, все равно бы не простояли. Тут случаются суровые зимы и реку сковывает толстым льдом. Весной он разом снимается с места и сносит все на своем пути. Вода при этом тоже высоко поднимается из-за таяния снегов. Нельзя строиться на берегу, все деревни стоят в отдалении. А эти глупые люди думали, что их лиственничные сваи спасут. Вот ведь чудики…

– А ты далеко по этой реке забирался?

– Нет, моя крошка далеко от устья удалиться не может, там дальше нехорошие камни. Но река тянется в этом направлении до гор, за которыми лежит северная Фесеида, по ней много чего перевозится на больших лодках. Самая удобная дорога, на суше с этим все очень плохо.

– Опасно?

– В принципе да, разное отребье сюда наползло отовсюду, запах серебра часто манит не самых лучших людей. Да и тварей не всех выбили, к тому же новым не надо далеко ходить, первозданная глушь под боком почти везде. Но вообще беда не с этим, а с тем, что дорог почитай и нет. Не успели их еще набить, местами своими силами не получается управиться. Промышленники сейчас вовсю ставят мосты, бьют туннели, устраивают врезки в скалах. Пройдет не так много лет, и таким, как я, здесь почти нечего будет делать, все местное барахло по суше начнут возить. Но к тому времени начнется освоение новой территории, и там понадобятся грамотные моряки с кораблями, способными пройти как по крайморскому морю, так и по реке. Так что без работы никогда не останусь. А если и так, подамся в рыбаки. Чем я хуже Псегреста?

– Он полный псих.

– Ага, это все знают, но я тоже не совсем нормальный.

– До него тебе, как пешком до солнца.

– Ну, не скажи, ты меня еще плохо знаешь. Да и что я забыл на этом солнце? Вряд ли в таком жару есть вода, а раз так, то нормальному моряку там не место. А чего это ваш командир на меня лютым волком поглядывает?

– Ему не нравится, что у меня есть доступ на корму, а у него нет. Он ведь наш главный командир, а не я.

– А он разве не знает, что печальным сухопутным крысам сюда подниматься не положено? Правила не я придумал, на то есть давние традиции.

– Ему бессмысленно что-то объяснять, да и дело не в этом.

– Проблемы с ним?

– Не без них.

– Твой приятель, который толще моего боцмана и вечно ищет морду под свой кулак, на вашего главного посматривает зло. Я уж было подумал раз, что он командира специально вечерами караулит. Так и трется у каюты и кулак свой при этом чешет.

– Бвонг трется у каюты командира?!

– Я о том и толкую. Смотри, мало ли что, как бы чего нехорошего не вышло. Этот Гнадобис даже днем один не показывается, а уж в темноте тем более сам бродить не станет. А глаза у твоего друга очень злые, о дурном думает, такое не спрячешь.

Капитан прав, Гнадобис теперь не один. Если до Нового Даллена его сопровождали Дранг и Таманг, то в городе им пришлось его оставить – они возвратились на том же китобое. Вот только гад недолго грустил в одиночестве, на палубу корабля Птача он поднялся вместе с парочкой незнакомых мужчин. Один средних лет, с непомерно развитой мускулатурой, бритой башкой и парой коротких кривых мечей на поясе, второй не старше тридцати, с хитрым лицом и вечно бегающими глазками бесчестного человека. Хлипковатым его не назовешь, но первому очень уступает. Без меча, зато при короткой пике с лезвием, которым можно и колоть и рубить, и еще вечно таскает малогабаритный арбалет, почти целиком сделанный из отличной стали. На вид – недешевая игрушка.

Гнадобис своих спутников не представил отряду. Он вообще почти не общался со своими подчиненными. Так что между собой рашмеры их звали Старший и Младший.

Оба выглядели бывалыми бойцами. И если Бвонг решит устроить Гнадобису очередную взбучку, понятно, на чьей стороне они окажутся.

Не факт, что даже Трой со своим волшебным мечом и эффективным фехтованием сумеет вытащить друга из такой переделки.

Бвонг обнаружился на носу в компании Драмирреса и корабельного юнги. Троица была увлечена непонятной игрой, где надо по очереди бросать пару костяных пластинок с нанесенными на них черточками. Трой однажды попытался вникнуть в ее правила и понял, что ему она не понравится. Там вся ставка на слепой случай, а такое умному человеку неинтересно.