Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

— Улич! Как же они достали! — Мальчишка чуть ли не ревел.

— Так! Ну-ка соберись, ты мужчина, а мужчины не плачут! — Я обнял его за плечи. — Сейчас мы им устроим!

Уже готовое плетение Эббузова кулака с помощью Мака я разложил на части, быстро удаляя ударную мощь, немного убирая закачку энергии на контур силы, просто и со вкусом сорвавшееся заклинание вздыбило пенную волну пополам с прибрежными водорослями и придонным илом, окатывая стоящих мучителей на берегу по вектору заданного направления.

Кулдых! Миниатюрное цунами ударило по берегу, сбивая с ног девочек, после отката похожих на невесть что, в траве побитом камыше и черной «муляке» со дна реки.

— У-у-у-у-у!

— А-а-а-а-а!

Ну вот, теперь с той стороны начинают реветь, так никаких сил не хватит всех бегать успокаивать. Придерживая за руку мальчика, выполз из реки, собирая в кучу наш жен коллектив, пытаясь успокоить и хоть немного привести их в порядок. Так, считаем, раз, два, три…где еще? А вот вижу, четыре, пять, все? Рыжульки все, еще Пестик и Деметра где-то, ах вот они унесенные прибоем хныкают.

— Так ну-ка собрались! — Умаявшись, я прикрикнул на них, сердито уперев руки в бока. — А то вечером никаких сказок!

— Ну Улич!

— Так не честно!

— Ну не надо!

Тут же заголосили они уже на пару с Германом, так как сказок я знал много и частенько вечерком перед сном, радовал ребятню, с удовольствием их пересказывая. Ну что поделаешь, не покривив душой, могу сказать, что дети самый благодарный слушатель, кто знает, тот поймет какое счастье радовать ребенка, пусть и такой казалось бы безделицей как сказка. Хотя к моей радости, как правило, мои рассказы приходили послушать и баронесса с графиней, подхватывая на руки ребятню помладше и баюкая их на руках. Даже старик Дако и то периодически приходил послушать, тихонечко сидя в кресле и местами многозначительно по Станиславскому хмыкая.

В такие вечера, я был счастлив, что тут сказать, очень долго в своей жизни я оставался, одинок не зная радости семейного круга и тепла. Семья, незнакомое до сих пор слово неожиданно ласково легло мне на сердце, будоража память урывками заставляя вспоминать далекое прошлое, когда я был таким же сорванцом и были живы мои родители такие молодые и красивые, такие добрые и любимые.

— Ир-р-р, эх!

— Ир-р-р, эх!

Из задумчивости меня вывели удары весел об воду. Малышня замолчала, так же как и я, поворачиваясь на звук идущий от реки, где неспешным ходом в мерном дружном ритме шли три больших корабля, при виде которых тревога кольнула сердце.

Контуры хищника, высокие борта, увешанные щитами, весельный ход. Речка не велика от силы в месте, где мы стояли метров пятнадцать, ну может под двадцать, от чего нам прекрасно были видна вооруженная команда на судах. Бородатые диковатого вида мужики в кольчугах поверх шкур.

— Ир-р-р, эх! — В унисон мерно команда била веслами, под простенький ритм, но довольно ходко и бодро идя по воде.

— Демочка! — Подозвал я посерьезневшую Деметру. — Скорым шагом в замок, всю мелочь доставишь и сдашь на попечение баронессы или графини, сама бегом к Гаричу. Пусть поднимает солдат, всех к Касприву.

— А ты? — Пестик прижалась ко мне, обхватив испуганно.

— А я следом за гостями.

Ребятня скрылась в зарослях камыша подгоняемая старшей Деметрой, оставляя меня одного на берегу. Последний замыкающий корабль уже скрылся из виду, не долго думая, скинул с себя сапоги и рубаху, оставляя лишь легкие штаны которые не будут мешать при заплыве. Берег с небольшой отмелью посему спокойно спустился в воду, пройдя вперед и уже оттуда выплывая на течение, аккуратно и экономно сплавляясь вниз следом за ушедшими судами.

Течение было у берегов слабеньким, но меж тем легко подхватило мое худенькое тельце, набирая скорость, да и я помогал по мере сил, слегка подгребая, стараясь не столько плыть, сколько держатся на плаву, сплавляясь следом. Плавать я умел и любил, потому особо не боялся такого марафона вслед, за уходящими по воде. Да и до самого города отсюда было не так уж и далеко, ну может чуть больше километра. Можно было конечно и по берегу пройтись, но это будет мука, по таким плавням пробираться я буду в разы дольше.

Сердце не зря кольнуло тревогой, память услужливо рисовала картинки викингов из истории моего мира, а опыт уже приобретенный здесь, твердил лишь одно — пикты. Северные варвары, наемники не так давно выступавшие на стороне Когдейра и пусть сейчас они без гербовых накидок своего предыдущего нанимателя, но от этого северяне не становятся менее опасными. Именно они вырезали некогда мою приемную семью в деревне Дальняя, жестоко, словно скот практически всех до одного. Вообще вояки они те еще, в то время как Каливар сцепился с основными силами Нуггета, эти наемники ворвались тогда в обоз, вырезая слуг, детей и женщин.