Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

— Нет, я настаиваю, что б в этом деле не присутствовали деньги! — Я категорично помотал головой. — Деньги портят людей, даже если нам с вами когда-нибудь придется делить что-то между собой, девочек это не должно касаться. Давайте просто стукнем по рукам, так сказать услуга за услугу? Когда-нибудь я обращусь к вам с просьбой, и вы окажете мне любезность, не отказав мне.

— А вы не так просты мой юный друг, как могло бы показаться! — Олаф раскатисто хохотнул, потирая руки. — Знаете, я даже больше вам дам, чем вы думаете! Пять! Я дам вам юный друг пять желаний по счету своих дочерей, и пусть мне каждое обойдется дороже, чем все, что у меня есть вместе взятое, но я сдержу свое слово!

— Опрометчивое решение барон. — Я был серьезен, на моем лице не было и тени улыбки. — Даже одно желание может стать непосильной ношей, прошу вас взвесить свои слова еще раз, я не в претензии.

— Не пугайте старика юноша. — Он тоже был серьезен. — Я вижу, вы не тот человек, что станет забирать больше, чем я могу дать, а счастье моих дочерей вообще бесценно.

— В таком случае господин барон, почту за честь, сделать все возможное от меня! — Я встал, протягивая ему руку.

— Взаимно мой мальчик, взаимно. — Моя рука утонула в его ладони.

— Что-то хозяина давно нет. — Я задумчиво разглядывал вход в зал, мы договорились с Олафом, что день через день, и девочки соберут свои вещи, тогда, вместе мы выдвинемся в мои земли. Нужно было отдать распоряжение, чтобы девушкам организовали в телеге хоть какой-то комфорт, немного разнообразить скудный рацион в дороге, а хозяина все нет.

— Милейший! — Олаф подозвал одного из слуг у дверей. — Посмотри, где наш радушный граф? Что-то его давно не видно.

— Слушаюсь. — Тот поклонился, тут же скрывшись из виду.

Переговариваясь, народ, тоже стал подниматься, потихоньку направляясь к выходу, когда вернулся посланный бароном слуга, с криком врываясь в комнату с побелевшим словно мел лицом.

— Графа убили! — Его трясло. — Графа де Мирт убили!

Что? Как? Где? Народ шумел, в замке носилась стража и бедные перепуганные слуги, графиня Катрин, словно умалишенная упала на пол, заливаясь слезами, мне невыносимо было это видеть, горе женщины было таким явным, что просто резало сердце.

— Веди к покойному. — Я взял за локоть замершего в ступоре слугу, отмечая, что и Кемгербальд следует за нами.

— Где его обнаружили? — Я аккуратно встряхнул слугу. — Кого-то видели рядом? Кто-то выходил от него? С кем он встречался, когда его вызвали?

— Он в кабинете. — Слуга то краснел, то бледнел. — Он должен был встретиться с герцогиней, она и нашла его, когда пришла на встречу.

— Где она сейчас? — Мы вошли в кабинет, замирая от ужаса.

— Ей плохо, она в слезах убежала в свои покои. — Слуга нервно сглотнул.

Да уж картина была нелицеприятная, покойного полоснули ножом по горлу, мучительная смерть, это лишь в фильмах, если человека ударить ножом он падает замертво, в жизни же все гораздо страшней. Граф еще какое-то время жил передвигаясь по кабинету, видимо стремясь вырваться, отсюда прочь, либо же пытаясь убежать от убийцы, все это время, заливая стены и пол кровавым фонтаном. С резаными ранами человек, умирает не сразу, боли он практически не чувствует, просто слабея на глазах от потери крови, оставаясь при этом в сознании и ужасе, сначала пытаясь идти на подгибающихся ногах, потом ползти, не веря в то, что его путь уже окончен.

— Слушай наказ. — Я вновь дернул слугу за рукав, выводя его из ступора. — К дверям поставить охрану, никого внутрь без дозволения не впускать. Ворота дворца так же закрыть, чтоб никто без особого дозволения его не покидал.

— Что вы задумали барон? — Спросил Олаф, внимательно осматривая комнату.

— Оказать последнюю любезность покойному и постараться поймать его убийцу. — Я жестом остановил его, когда он попытался пройти дальше в комнату. — Прошу, барон не двигайтесь! Это важно, осмотреть место преступления первыми, когда тут еще все на тех местах, когда все произошло.

— Не пойму. — Он озадачено погладил свой подбородок.

— Все очень просто, вот смотрите, и загибайте пальцы. — Я поднял руку, растопырив ладонь. — Первый палец это мы уже с вами знаем, что граф ждал встречи, так? Так. Второй палец это то, что когда герцогиня пришла, граф уже был мертв, так?

— Кажется так… — Он озадаченно смотрел на меня.

— Тогда скажите мне, почему у стола поднос с легкой закуской и два бокала? — Я рукой показал на предметы, после чего, обходя кровавый след, заглянул в каждый бокал. — Тот, что со стороны графского кресла пуст, тот, что со стороны возле кресла для гостей наполовину лишь. О чем нам это говорит?