Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

«Как посмел ты смертный призвать меня?!»

Тьма вновь огласила рыком зал, резко сгущаясь непроглядностью вокруг людей.

— Интересно. — Произнес мужчина, пожав плечами и откладывая в сторону нож, дабы своими руками ухватиться за края разреза.

Женщина больше не кричала, ее голова бессильно упала на бок, а остекленевшие не закрытые глаза навечно застыли в гримасе ужаса и боли.

— Интересно. — Мужчина медленно, словно преодолевая сопротивление, раздвинул плоть, вглядываясь с прищуром в дитя тьмы, что словно змей шипело, ворочаясь в открытом и окровавленном чреве мертвой роженицы.

«Ты пожалеешь Пепельный!»

Маленький сморщенный уродец извивался в внутренностях умершей, суча недоразвитыми скрюченными ручками и ножками, его маленький перекошенный рот представлял собой ужасный оскал маленьких белесых зубок, а покрытые желтой поволокой глаза вылезали из орбит наполняясь кровью от лопавшихся от напряжения сосудов.

«Не смей Пепельный, не смей трогать меня!»

— Хм. — Мужчина поджал губы, с каким-то презрением разглядывая извивающегося монстра. — Весьма…

Не вслушиваясь в угрозы и проклятия тьмы, седоволосый мужчина тяжелыми покрытыми рунами щипцами вырвал плод из его жилища, особо не церемонясь и действуя, выверено точно, словно и не живой, а механическая кукла. У него был план, и он действовал согласно намеченной цели, после ряда манипуляций с вязью силовых линий таинственных заклинаний, маленькое порождение кошмара было помещено в дутый стеклянный цилиндр с алхимическим раствором, где оба края были закрыты серебряными пробками, увитыми вязью сложно построенных магических схем и фигур.

— Ты будешь подчиняться мне Шаграх! — Мужчина усмехнулся сквозь стекло колбы уродцу, что с гневом разглядывал его и сучил ручками в поисках выхода в своем новом жилище.

«Ты не смеешь смертный указывать мне!»

Ярилась тьма, корчась в такт едва открываемому ротику маленького плода тьмы.

Седоволосый лишь усмехнулся угрозам, отворачиваясь от своего пленника и проходя в другую часть комнаты, где были приготовлены вода и полотенца для него. Дело сделано, он не сомневался что все выполнено безупречно, ибо это не только его работа, это еще и его жизнь, а так же смерть и даже что-то другое, за гранью этих двух крайностей.

Что-то другое…

Мужчина ополоснул руки и комкая полотенце, неспешным шагом вновь подошел к запечатанной колбе со своим пленником.

— Урок первый Шаграх. — Он слегка коснулся пальцем одного из символов вытесненного на тяжелом серебре колбы, наблюдая, как маленького уродца внутри согнуло в агонии боли.

«Уничтожу!»

Тьма клокотала гневом, яростью и… болью.

— Урок второй Шаграх. — Еще одно нажатие на другой символ и рев бешенства и отчаянья превратился в стон. — Здесь мой дорогой, находиться тридцать два урока для тебя, хочешь, еще парочку задействую?

«Хватит!»

Мерзкий плод, корчась, бился о стены своего узилища.

— Точно? — Седоволосый откинул прочь полотенце, скрестив на груди руки и слегка склонив голову.

«Хватит!»

— Интересно. — Мужчина последовательно задействовал дополнительно еще ряд рун, с улыбкой вслушиваясь в крики истязаемого уродца. — Надо говорить; «Хватит мой хозяин» Шаграх.

«Хватит!.. Хозяин!»

— Хм. — Мучитель вновь улыбнулся, деактивируя узоры на колбе-тюрьме. — Так гораздо лучше мой уродливый друг.

«Да…Хозяин…Ты явно стал сильней, я вижу…»

Тьма безвольно опала вдоль стен, а недоразвитый зародыш припал своим сморщенным и искривленным лицом к стеклу сквозь муть, всматриваясь в седоволосого.

«Сильный…дерзкий…думаешь, сможешь безнаказанно заигрывать с тьмой?»

— Снова угрозы Шаграх? — Рука мужчины потянулась к колбе.

«Нет!»

Плод забился внутри, маленькими коготками, бессильно водя по гладким стенам.

«Нет! Не надо хозяин, это не угроза…»

Рука остановилась, а вдоль стен пошел мерзкий захлебывающийся смех.

«Не угроза Пепельный, это тебе урок номер один!»

— Не понял… — Мужчина зло сощурил глаза, вновь взявшись за руны.

«Сегодня умерло твое семя! Ты не знаешь? Сегодня умер твой сын!»

Седоволосый распахнул ворот куртки, извлекая на свет два небольших амулета, один из которых слегка светился, а второй висел тусклым безжизненным металлом.

— Но как же так? — Он изумленно разглядывал, безжизненный метал. — Интересно…Джафар!

— Да хозяин! — Словно из воздуха за спиной мужчины материализовалась тень, укутанная от головы до пят в черную хламиду с капюшоном.