Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

Зал молчал. Хороший знак, значит народ не беспросветно туп, глуп и непроходим, а так же вполне понимает и улавливает суть вещей.

— Теперь же я извлекаю договор на подряд из оружейной мастерской господина Кроу, где мы совершенно ясно видим, что гвардия нуждается в изготовлении двух тысяч арбалетных болтов, сдает на ремонт сто и двадцать пять мечей средней руки, располагает заказ на дополнительную сотню новых для арсенала, а что самое интересное, в этом году покупает стандартные наградные поясные ножи с инкрустацией. Так сказать награда, в количестве сто пятьдесят две штуки.

— Занятно. — Удо с прищуром рассматривал бумаги. — И что это должно значит молодой человек?

— А то что. — Продолжил я. — Во дворце располагается гвардейский полк общим числом одна тысяча пятьдесят и два человека. Из которых пять сотен конников, и если разделить стандартный набедренный колчан из двадцати болтов на человека мы получим сотню арбалетчиков, а если исходить из мысли что наградные ножи могли получить лишь офицеры, мы с вами поймем, что в полку в том или ином чине находятся сто пятьдесят два офицера.

Зал молчал, народ переваривал информацию, а жирной точкой моей правоты стали слова короля.

— Вообще-то юноша, за шпионаж у нас принято голову отрубать! — Для весомости он стукнул кулаком по подлокотнику.

— Прошу меня извинить ваше величество, но какой же это шпионаж? — Я низко склонился перед королем. — Все что я сделал, это попил чай с купцами и внимательно выслушал их тягостные заботы, по поводу того, как нынче стало тяжело медные гроши за шиворот прятать.

Зал взорвался смехом.

— А я ведь вам еще не рассказал, что узнали мои слуги по поводу ежемесячной выплаты жалованья гвардейцам.

— И что же, можно сказать по этому вопросу? — Под смешки поинтересовался Удо.

— А то, что излюбленным местом гвардейцев является трактир «Серебряная понож» где за кружку пива хозяин просит пять медяков. — Я расплылся в улыбке. — Все тот же хозяин любезно сообщил, как часто заходят солдаты. Что обычно заказывают офицеры, все это сами понимаете в цифрах, которые я любезно подбил на этом листочке, получив в сумме на рядового бойца тридцать две серебряных монеты, на младший офицерский состав по тридцать пять, ну а старшины аж по сорок серебра.

— Не мыслимо! — Казначей развел руками, признавая мою правоту. — Это поразительно юноша, но вы с небольшой разницей примерно в десять человек практически попали в цель!

— Вы, какого хрена всем табуном «жлекаете» свое пиво в одном и том же месте?! — Заорал король на стоящих в охранении рядом с ним гвардейцев. — Ни одна сволочь теперь до конца года у меня из дворца в увольнение не выйдет!

— Не стоит их ругать ваше величество! — Вступился за солдат я. — Просто ниже пятого кольца гвардии вашего величества зазорно ходить, а ближайшие трактиры «Колос Анны» и «Гордость Пита» уж очень сильно разбавляют пиво водой!

Ха-ха-ха! Зал взорвался хохотом, отчего даже король немного растаял сердцем, позволяя себе улыбку.

Следующий час, я под пристальным вниманием толпы обрисовал все до единого полки королевства от севера на юг, а потом с востока на запад, везде выставляя грамоты, расписки, договоры, купчие и продажные векселя, иногда разбавляя строгую бухгалтерию информацией с трактиров и кабаков, пару раз, не постеснявшись обнародовать слухи полученные от бродячих артистов-циркачей, в чьем ведомстве, как правило, были так любимые простыми солдатами дамы, не отягощенные багажом из вереницы «нельзя».

Пехотинцы, кавалерия, внутренние войска, пограничные гарнизоны и разъезды, я говорил и говорил, показывая все в цифрах, в зарплате людей, в том, сколько ест лошадь, сколько пропивает офицер, сколько стоит сбруя, сколько стоптали сапог и потеряли стрел при учении. Я назвал поименно всех генералов, часть из которых, кстати, тут присутствовали, подтверждая мои слова, наконец замолкая и давая залу передышку, что бы всласть пошептаться, так как для некоторых я похоже открыл глаза на многие непонятные до этого вещи.

— Потрясающе! — Господин Удо уже сидел на стульчике, за маленьким столиком заботливо внесенными слугами, и изучал бумажку за бумажкой, что все это время я давал ему. — Тут все! Да тут даже больше того, что есть у меня!

— Молодец мальчик. — В небольшом перерыве ко мне подошла де Кервье заботливо протягивая кружечку с уже остывшим чаем. — Правда надеюсь мы все же дождемся от тебя существенного?