Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

— Так ты все же склонен воспринимать ту легенду за правду? — Бабуля отобрала смертоносное оружие, из моих рук не забыв шлепнуть по руке.

— А почему нет? — Я пожал плечами. — Насколько мне известно, из литературы, навки долгожители, они даже не старятся, как доходят видом слегка за двадцать, так и помирают потом такими же. Ну а маг так вообще насколько я понимаю, ограничен лишь ленью и общей усталостью моральной, более ни чем не лимитируемый перед смертью.

— Как же они столько лет, оставались в тени? — Бабуля завернула смертельные подарочки в плотную шкуру, после чего поместила все в окованный металлической полосой сундучок.

— Да кому они нужны, что бы их искать? — Хмыкнул я. — Перед короной маг чист, отдав ей положенное, ну а то, что под водой твориться на поверхность не выходит.

— Так а что они здесь, на севере забыли? — Хенгельман с горяча пристукнула кулачком по столу. — Зачем нужно было все это затевать, зачем им понадобилось твое баронство?

— Вопрос выживания. — Тяжело вздохнул я. — До отъезда я успел хорошенько пообщаться с графиней. Все банально до безобразия, если изначально навки неплохо чувствовали себя на морском побережье, то год от года им все дальше и дальше приходилось уходить в морскую пучину, из-за разрастающихся человеческих городов и конкуренции с рыболовными артелями.

— Мир меняется. — Покивала старушка.

Выбор у них был, либо уходить в неизвестные морские просторы либо же заходить в реки, уходя в глубь континента. Вроде бы наипростейший вариант с открытым морем, отпадал все же из-за прямой зависимости навок от берега, как бы это не печально звучало. Не могут они без прогреваемого берега, находится постоянно в воде. Да можно было попробовать искать острова, но просторы не маленькие, а то что известно уже занято людьми, да и открытая большая вода не в пример речным руслам куда как полней опасных обитателей, не всегда доброжелательно расположенных вроде как к своим повелителям.

Это был путь не в пару лет и даже не вопрос пары десятилетий, длинная дорога что называется в один конец, только казалось бы, наладилось, только вроде бы живи и радуйся, но по пятам словно опухоль неимоверно быстро разрастается человечество, тесня, подвигая и понемножку, вроде даже не заметно но вытесняя с обжитых мест этот народ.

— Я не пойму, почему нужно было приходить и начинать свой путь с убийства? — Старушка тяжело вздохнула. — Не уж то нельзя было поговорить с тобой? Ты конечно не семи пядей во лбу, но мальчик разумный.

— Спасибо. — Улыбнулся я.

— Почему все так вышло Ульрих, хоть убей не пойму. — Старушка похоже и вправду расстроена.

— Это потому что ты темная, страшная некроманша на службе тьмы. — Подбодрил я ее. — Настоящие добрые люди, удавятся, но не снизойдут до унижения просить кого-то о помощи. Ты бы слышала ба, как она со мной разговаривала, сколько в ее голосе гордости, сколько спеси и веры в собственной правоте. Она даже не понимает наверно, почему в этот раз какой-то мальчишка брыкается на ее пути. Ни она, ни ее друг, не понимают и не видят этого.

— Ну наверняка они как-то объясняют эти твои выкрутасы. — Она повела рукой в воздухе, пытаясь материализовать, видимо те самые мои выкрутасы. — Возможно, они думают, что ты жадина говядина, сидящий как собака на сене и самому не надо и другим не даешь. Оп-па амулетики.

— Не понял, что за амулетики? — Я встрепенулся от ее концовки.

— Бежит твой защитник, прямо к тебе. — Она словно прислушивалась к чему-то. — Я в соседнюю комнату, пока не за чем нам с ним встречаться.

Жеткич не заставил себя ждать вновь наплевав на хороший тон войдя ко мне без стука.

— Барон! — Лицо каменное взгляд злой. — У нас на землях объявилась нечесть!

— Я в курсе сер. — Для полноты картины не хватало аккуратной кружечки чая, что бы так знаете с оттопыренным мизинчиком сделать глоток. Ну или пенсне на худой конец.

— Как?! И вы молчали?! — У него аж кулаки сжались.

— Не пойму вас, вы ведь тоже должны быть в курсе оккупации моих водоемов водяной нечестью, увы из-за них мы с вами и встретились в этот не добрый час! — Определенно мне бы пенсне, ну или надо опять попросить тросточку у графа, красивая вещица.

— Прекратите валять дурака! — Он подлетел ко мне, впиваясь взглядом. — Навки не нечисть! Они разумны, прекрасны и на целую голову выше всех нас в своем величии! Если тут кого и называть нечестью так это нас людей!

— Ого. — Именно так без восклицательного знака на конце, с небольшой даже усталостью и полуулыбкой адресованной юной прелестнице, которую вижу только я с осуждением качающей головой. — Так ведь и подумать можно, чего лишнего после таких слов сэр Жеткич.