Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

— Это какой-то бред! — Фава Рах не веря словам, мотал головой. — Я слушаю и не узнаю своих людей! Это не может быть правдой, это не могло происходить с моим сыном!

Все присутствующие молчали не находя слов, их просто нет и не придумали еще для подобных ситуаций. Что ему можно сказать? Извините папа, но это правда? Или забей чувак, не воспринимай все так близко к сердцу?

Пусть истины нет, пусть даже как в моей реальности говорят, раз нет тела, нет и дела, но все в этой истории имеет отвратительный душек, премерзопакостного характера. И даже не имея семи пядей во лбу, любой оперируя имеющимися данными ни сколько не покривив душой, сможет ткнуть пальцем в виновника пропажи той девушки.

— Может это был несчастный случай? Может на голову камень упал, а они испугавшись прикопали ее где-то, и в общем нет вины на них в ее гибели? — Во как я попытался успокоить папочку, аж самому стало стыдно под осуждающими взглядами окружающих.

— Это все не правда! — Старший Рах вскочил с места, сжимая кулаки. — Я не знаю кто и зачем, но это все наговоры на моего сына! Я никогда не поверю в его вину! Он честный и порядочный юноша!

— Ну… — Сэр Дако оглядел всех присутствующих. — Думаю мы тоже не будем делать поспешных выводов, скоро все само встанет на свои места, ваш сын постепенно выздоравливает, и думаю в его интересах нам сообщить правду, в противном случае, ему боюсь никто не поможет и Белая Смерть рано или поздно доберется до него.

— Это неслыханно, но ее сила растет по мере выздоровления юноши. — Хенгельман печально вздохнула. — Они связанны и боюсь эта связь не того характера что возникла когда-то изначально между ними.

— В любом случае, нам остается лишь ждать, да надеяться на скорое прояснение ситуации и верить в скорое полное избавление от этой напасти. — Альва Шернье подвела итог, устало пожав плечами.

Люблю Новый Год, приятный праздник, такой емкий и обволакивающий какой-то внутренней теплотой и легкой грустью после внутреннего подведения итогов уходящего безвозвратно времени. Домашний и невзирая на холод зимы, какой-то согревающий что ли по своей сути. Маленькая такая отдушинка среди промерзшей белой пустоты наполненной холодом и метелями.

Жаль, здесь нет мандарин, нет, может они и растут где-то, ведь яблони есть, но пока не набрали популярности у нас на севере, зато елок у нас хоть одним местом жуй. В этом году из леса привезли настоящую красавицу метров под семь для того, что бы установить в центре города.

Ярмарка все играла и гудела, впрочем, не без моей помощи. Редко, но метко я выдавал остатки своих товаров, устраивал конкурсы, привечал различных музыкантов и прочих лоботрясов от деятелей культуры, не забыв в ночь устроить хороший такой фейерверк, чем без сомнения порадовал разгоряченный, выкаченным на халяву по площадям, вином народец. Ну и подарочки своей детворе, каждую пришлось обойти лично, каждой вручить и почмокать щечки, что б ни одна не обиделась невзначай. Другу Герману, соответственно мужской подарок, комплект меч и дага, выкованные подгорными мастерами, в довершении праздничный ужин с прибывшими гостями, четой Кемгербальд приехавших навестить свою банду и бравыми пропойцами от Гердскольдов, периодически наведывающиеся в мою сауну опустошить пивные запасы, да побалагурить, вдали от старших своей семьи. Два братца, зависли у меня на долго, так как похоже им дико понравилось охотиться по ночам на призрака вместе с Шернье, но как я подозреваю, об охоте там и речи не шло, а вот чем они по ночам занимаются, то уже тайна покрытая мраком и надеюсь покрывалом, что б когда случайно набредешь на эту тайну не углядеть какого ни будь непотребства. Засранцы вывели мне из строя целого маршала бестиаров, что теперь ходит счастливая как кошка и совершенно мышей не ловит.

Вообще все эти дела амурные порядком поднадоели. Старина Энтеми пришел ко мне просить руки и сердца госпожи Нимноу, словно я папочка этим великовозрастным людям калькуляторам. Пришлось изображать радость на лице. Ну и Гарич…

— Барон, вы позволите? — Он подошел ко мне, немного смущаясь, выловив когда рядом не было лишних ушей. — Я хотел бы низко поклониться вам и попросить прощение за то, что вел себя как дурак в той ситуации с баронессой Пиксквар.

Я даже рта не стал открывать, лишь многозначительно покивав и повторно изобразив радость на лице. Он опоздал причем на целую вечность, пока вот то, ходил, вокруг да около, пока выбирал удобный момент для разговора со мной, баронесса, уже десять раз успела меня отловить и прополоскать голову на момент устройства свадебной церемонии для этих голубков кровников.