Сергей Мельник - Попаданец (Барон Ульрих) (СИ)

— Ах, ты ж тварь! — Визгливо закричал младший барон, вновь пиная меня ногой в бок. — Как смеешь ты выродок лежать, когда твой господин стоит перед тобой?!

Я попытался вскочить, гнев сковал разум, единственной мыслью, было, вцепится в горло этому мелкому гаду, и не отпускать пока из него не выйдет последний воздух, ощущая как вместе с ним, поганца покидает жизнь.

Новый удар прямо в грудь повалил меня на спину, выбив дух и заставляя судорожно пытаться сделать вздох сведенными от болевого спазма легкими. Глаза застилали слезы, все двоилось, сердце выпрыгивало из груди.

— На колени тварь! — Орал мальчишка. — Быстро!

С трудом, вернув дыхание, рукавом размазывая по лицу кровь и слезы я медленно поднялся перед ним, понимая, что сейчас убью гада, кинусь зубами рвать как зверь дикий, и пусть меня убьют, но эта сволочь получит по полной.

Я смотрел ему глаза в глаза, чувствуя как в нем нарастает внутренний страх, он еще не понял, что произойдет, но внутреннее чутье похоже било тревогу. Словно черти из табакерки, по бокам юного барона нарисовались двое солдат, в полном доспехе. Видимо зная норов своего сыночка, папа приставил телохранителей.

Я стоял, глядя на солдат и, понимал, что мне как говорится, не „светит“, стоит мне дернуться и меня в лучшем случае изобьют, а в худшем порубают мечами на куски, причем без зазрений совести.

Странный шелест, словно тысячи крыльев взметнувшихся испуганных птиц отвлек внимание стражи от моей персоны.

Ш-ш-ш-ш-ш.

Тук. Тук. Тум-тум-тум-тум.

Глухие удары, словно от крупного града, окатили нас, ринувшись с неба на грешную землю. Глупо вытаращившись, я смотрел, как на груди молодого барона расплывается бурое пятно крови, а ровно по центру проклюнулся стальной зазубренный наконечник стрелы. Он покачнулся, заваливаясь на меня, выпуская изо рта вместе с хрипом кровавые пузыри. Тяжелое тело повалило мешком меня на землю.

— Стрелы! — Орал как сумасшедший стражник, зажимая пробитое белым оперением плечо. — Мы атакованы! Тревога!

В общей суматохе и криках умирающих, я словно в замедленном кино выбирался из под трупа, ошалело, крутя по сторонам головой и не понимая, что происходит. Видимо не один я, кругом метались напуганные люди, лишь солдаты, ретировавшись пешим строем, выдвинулись под прикрытием щитов в сторону холмов, где стояли шеренгой лучники.

Загудел горн общей тревоги, появились первые всадники, народ в спешке вооружался кто, чем горазд.

— Уна! Уна! — Ви забралась под телегу, рыдая и зовя меня в голос.

— Иду маленькая, иду моя хорошая! — Я проскользнул под колеса, обхватывая девочку и прижимая к себе.

Первый отряд конной стражи ринулся прямо, под обстрелом теряя людей и коней, на встречу противника, обходя пехоту левым флангом. Дробь копыт, дрожью земли отдавалась в мою руку, прижатую к земле. Чувствовалась мощь людского потока, сверкала сталь в лучах заходящего солнца и неверном свете костров.

В лагере царил хаос, раненные кричали, катаясь по земле, всюду была кровь и темные пятна неподвижных тел. Первые залпы лучников собрали страшную жатву на поле жизни, срезая колоски, чьих то тел, валя их на землю безвольными куклами.

Меня еще била дрожь от событий связанных с молодым бароном, кровь кипела адреналином и, похоже, все еще шла кровь из носа. Бедная девочка уже вся перемазалась алым.

— Тише, тише. — Шептал я, суматошно пытаясь понять, что же делать дальше.

Со стороны холмов ударил конный отряд противника, избежав встречи с нашей кавалерией, врубаясь в ряды щитоносцев медленно ползущих к холмам. Лучники противника целиком переключились на всадников, а чуть правее шелохнулись ряды выводимой на нас пехоты, вооруженной длинными пиками, качнувшимися лесом вымпелов и флажков.

Черт побери! Я узнал эти флаги! Барон Когдейр! Эти же флаги и эти солдаты напали на Дальнюю. Столкнулись две отлаженные боевые машины, сталь звенела о сталь, сталь скрежетала и пела свою песню, кто-то кричал в ужасе, кто-то в ярости, на подходе к лагерю сцепились не жизнь, а на смерть.

Рингмар явно уступал натиску противника. Застигнутые в врасплох, многие уже поснимали броню и, успели отложить оружие, за что теперь платили дорогой ценой. А Когдейр то каков?! Гадский гад, мало того, что вторгся изначально первым, так еще и после подписания мирного договора организовал атаку, на Рингмара. Да уж жестокий век жестокие сердца. Что самое противное, если он победит, его похоже, воспоют в веках как храброго и отважного полководца.