Сапотек помолчал еще немного и, затем вдруг сам поднял руку, указав в сторону гор, что находились у них за спиной.
– Оа-хака!
– Ах, вот оно что, – кивнул Федор, – там твоя земля. За горами. Понятно. И ты рад, ясное дело, что мы туда идем.
Индеец кивнул, словно все так и было.
– А если мы завтра утром повернем обратно, что делать будешь? – уточнил Федор, ничуть не беспокоясь насчет перевода, – с нами пойдешь или сбежишь? Ясное дело, сбежишь. Зачем тебе к морю.
И не дожидаясь ответ, добавил.
– Ладно, пошли в лагерь. Утро вечера мудренее.
Индеец еще что-то попытался сказать ему, показывая на ночной лес, обступивший место их стоянки, но Федор больше не был расположен к разговорам. Усталость брала свое.
– Идем, идем, – повторил он, – есть пора.
Когда они вернулись, на поляне уже горел приличный костер, – карфагеняне научились высекать огонь подручными средствами. Костер был спрятан в ложбине так, чтобы его не было видно. Мало ли кто тут по ночам бродит. Да и сигналить о своем местоположении возможным преследователям в низине Федор считал верхом глупости. Однако, сейчас без огня было никак. И он разрешил соорудить костер, спрятав его, как подобает.
Запах жареного мяса разносился по всей поляне. Ужин получился питательным, – мясо с кукурузой. И хотя мяса было не так уж много почти на десяток пустых желудков, финикийцы поедали мясистые лапки неизвестного грызуна и ребра лесной свиньи с огромным удовольствием. Аж за ушами трещало.
– Это тебе не лапы ящериц и худосочная змейка, – нахваливал ужин Леха, вспоминая более чем скромный завтрак, – теперь есть чем желудок набить.
– Утром ты и ящериц нахваливал, – напомнил ему Федор, откусывая зубами от сочного куска мяса, казавшегося на вкус сладковатым.
– Так, то когда было, – отмахнулся Леха, отправляя в рот очередную порцию.
– Вот еще бы вина, – добавил мечтательно Цорбал.
– На корабле его было много, – неожиданно вспомнил Пирг, обсасывая косточку.
Услышав это замечание, Леха вопросительно посмотрел на командира. Но тот лишь проговорил в полголоса:
– Утром решать будем, на свежую голову. А сейчас всем есть и спать. Отдохнуть надо. И без вина весело.
Когда плотный, хотя и не слишком обильный ужин, показавшийся беглецам настоящим пиршеством, закончился, Федор еще раз приказал всем спать. Огонь решил не поддерживать, крупных хищников по дороге сюда им не встречалось, да и тепло было в здешних широтах. Несмотря на то, что оба сапотека пытались привлечь его внимание какими-то разговорами, Чайка ограничился простой охраной из двух дозорных, которые должны были сменять друг друга через равные промежутки.
– Утром поговорим, – объявил он недовольным сапотекам, устраиваясь прямо в панцире и в обнимку с фалькатой под развесистым деревом с толстыми ветками. Неподалеку от того места, где недавно горел костер и жарили мясо.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Большинство ученых полагает, что лук не был известен в этот период в Месоамерике и, во всяком случае, не применялся для ведения активных военных действий. Он появился здесь гораздо позже. Например, даже индейцы майя классического периода его не знали, и лук появился у них только в XI в. н. э вместе с тольтеками. Кроме того, у ацтеков лук считался «низменным» оружием, которое использовали лишь дикие охотничьи племена. Однако, в нашем случае, будем считать, что индейцы месоамериканского побережья лук уже знали и даже частично использовали для ведения войны.
У ольмеков, описанных в данном романе, существовал культ изготовления огромных человеческих голов из камня. Хотя, самих себя они обычно изображали карликами. Среди найденных археологами в культовых сооружениях ольмеков статуэток обнаженных карликов, было много таких, у которых отсутствовали половые органы. Среди специалистов сложилось мнение, что доступ в господствующее сословие жрецов открывался ольмекам лишь после добровольной кастрации. И, в данном случае, отсутствие половых органов символизирует не слабость, а скорее силу и власть.
Читать дальше