Василий Панфилов - Трущобы империй

Это в общем-то безобидные экземпляры, встречал и похуже. Один из местных бандитов подарил всего-то серебряный перстенёк, а отдачи хотел никак не меньше, чем от золотого портсигара. Раз двадцать уже громогласно орал при встречах что-то вроде.

– Как вам мой подарок?!

И ведь мелкая по сути гнида… но напрочь отмороженный тип. Не принять от такого подарок – обидеть. Не поблагодарить в очередной раз… обидеть. А гнида эта убивала и за меньшее, всем известно. Непроста ты, доля популярного актёра в бандитском районе.

Элизабет считалась красавицей – лицо сердечком, маленькие полные губы бантиком, взгляд с поволокой, красивые руки, маленькие ступни, пышное тело и мелодичный голосок. В сочетании с достаточно грациозными движениями, получался этакий секс-символ, и влюблены в неё очень многие мужчины из высшего света Нью-Йорка.

Алекс же… каноны красоты в двадцать первом веке очень заметно отличались от канонов красоты девятнадцатого. Излишняя полнота, да ещё и не слишком здоровая, со складочками на талии и пышным, но несколько обвисшим задом…

Любовная связь с замужней дамой для него достаточно обременительна. Несмотря на то, что попаданец далеко не первый, с кем она изменяет мужу, в постели любовница оказалась достаточно зажатой, да и темперамент не так чтобы очень. Кузнецов считал, что своими изменами она решает скорее проблемы психологического, чем физиологического характера.

С другой стороны, выбора у него и нет. Не то чтобы девятнадцатый век такой уж пуританским… скорее ханжеский. Любовницу при желании найти легко. Другое дело, что получалось шило на мыло.

Связываться с незамужними рискованно, если это только не девчонки из рабочих кварталов – нравы там достаточно простые. Но там другая проблема – братья, отцы, ухажёры… Да и с гигиеной проблемы – не то чтобы они вонючки идейные… проблема именно в деньгах на гигиену – в домах бедняков даже водопроводов нет.

Бордели? Рассадники сифилиса, коего попаданец отчаянно боялся – видел уже людей с провалившимися носами, кошмары потом долго не отпускали. Понятно, почему среди среднего и высшего класса так популярны перчатки, которые таскали даже в летнюю жару.

Оставались только замужние, из числа тех легкомысленных особ, что считают любовную связь на стороне непременным атрибутом светской женщины. Хочется, не хочется… положено!

Вот и Элизабет нашла себе Алекса – любовник из актёрской среды считался у женщин чем-то пикантным…

– Молилась ли ты ночь, Дездемона!?

Женщина с трепетом смотрела на разыгрываемую сценку, восхищённо округлив глаза и положив левую ручку в область сердце. Сейчас, в шёлковом пеньюаре, лежащая на двуспальной кровати дорогого гостиничного номера, она смотрелась очень даже…

– Иди сюда, мой ненасытный зверь! – Жарко прошептала Элизабет, и Алекс шагнул к постели, срывая сорочку…

Три часа спустя с неохотой нацепил подаренные запонки, поцеловал женщину на прощание и сбежал по чёрной лестнице отеля, отворачивая лицо от прислуги. Вот же… вроде бы и с лучшими намерениями, а как помоями напоследок облила. Подарки эти…

Сам он не мог дарить любовнице ничего, ибо конспирация, да и разница в финансовом отношении очень уж велика. А вот наоборот… актёрская профессия считалась родственной древнейшей и актрисы на содержании через одну – за исключением пожилых и слишком юных.

Актёры мужчины… да то же самое! Не столь очевидно, но им дарят такие вот подарки, оплачивают некоторые счета. Стыдобища, но деваться особо некуда – Алекс попытался робко поднять тему… так сразу Ты меня не любишь и слёзы. Была бы Элизабет обычной студенткой из века двадцать первого, сказал бы Не люблю и пошёл пить пиво с приятелями.

А тут боязно: обиженная женщина, да ещё из высшего света. Намекнёт такая мужу, что некий актёришка сально на неё смотрел и отпускал пошлые комплименты, так потом хоть из города беги, иначе проблемы за проблемой пойдут. А не мужу, так подругам, родственникам… хрен редьки не слаще.

Правда, запонки отличные, спору нет. В ювелирных изделиях уже мал-мала разбирается, никак не меньше сотни долларов – если продавать. Покупать если, так минимум в полтора раза дороже выйдет.

Оп-па… а вот и заканчивается приличный район с освещением и мостовыми. С минуту Алекс колебался – до Бауэри можно дойти через Нижний Ист-Сайд, район не самый благополучный. Или через пустыри, где опасность встретить грабителя куда как меньше, но уж если натыкался, то шишкой на затылке и вывороченными карманами не отделывался. Обычно таких невезучих находили пару дней спустя, и опознать их оказывалось проблематично – на пустырях жили ещё и бродячие собаки.