Василий Панфилов - Госэкзамен

Вспомнив о детях, Николай вздохнул, улыбаясь кривовато. Да уж, со стороны, наверное, это выглядит интересно… Он и сам бы в гимназические годы охотно прочитал что-нибудь этакое о белом вожде воинственного чернокожего племени, гареме и приключениях в Африке!

Реальность намного более прозаична и отчасти даже скучна, несмотря на едва ли не каждодневные, приевшиеся уже приключения. Бремя! Тяжелейшее… и не бросишь ведь!

Тогда, после едва закончившейся войны, кровь кипела, а критичность мышления была близка к абсолютному нолю. А вожди, не будь дураками, подкладывали чернокожих красавиц, желая крепче привязать к племени именитого воина. Всё по их и вышло… накрепко привязан.

Сильно потом, набравшись политического опыта, Корнейчуков осознал, что бытия племенного бычка и лоббиста племенных интересов в ЮАС вообще и Кантонах в частности, можно было избежать. Но… дети. Не бросать же…

А сами матабеле? Оставь их одних… Нет, они проживут и не впадут в ничтожество, вот уже нет! А вот окружающим племенам не поздоровится… Он и без того с большим трудом остановил резню остатков тсвана, вытесненных на наихудшие земли и пребывающим отныне в роли спартанских илотов. Зато живы…

Хороший народ… куда как более работящий и цивилизованный, ежели с зулусами [23] Матабеле входили в состав зулусских племён, но в 1820 г. вышли из союза и пошли своим путём, вобрав в себя (путём завоевания) племена шона (машона) и отчасти их культуру. сравнивать. А сложилось так, как сложилось! Война!

Ранее, читая запоем мемуары полководцев былых времён, он частенько представлял себя на их месте, и укоряя мысленно за жестокость, думал, что он-то сумел бы смягчить сердца озверевшей солдатни, заставив их служить без каноничного "город на три дня!"

Не вышло… Война как стихия, как грозная штормовая волна, которая подхватила тебя, и всех мыслей только – остаться бы в живых! Да где-то там, в глубине сознания – животный непроходящий восторг, от того, что ты – жив! Снова и снова…

В Европе, пусть даже и Средневековой – с инквизицией, религиозными войнами и жесточайшим насилием, всё ж таки было какое-то подобие морали. Притом с античных ещё времён, когда не существовало ещё понятия греха, зато существовали хюбрис [24] Хюбрис: дословно "перебор", но обычно расшифровывается как "несправедливость". и дике [25] Дике – справедливость. , а "город на три дня" был явлением пусть и привычным, но за гранью человеческой нормы, как некая антитеза подвигам и Славе.

А у него – племена, только-только вступившие на путь государственности, и руководствующиеся моралью готтентотской [26] Термин “готтентотская мораль” восходит к легендарной, но реальной беседе христианского миссионера с одним из представителей южноафриканского племени готтентотов. На вопрос “Что такое плохо?” готтентот ответил: это когда мой сосед побьет меня, угонит мой скот, похитит мою жену. На вопрос “Что такое хорошо?” он же ответил: это когда я побью моего соседа, угоню его скот, похищу его жену. ! Дышишь с ними одним воздухом, ешь одну пищу, пьёшь одну воду… даже сердца стучат в унисон. Частично – да, подтягиваешь их на свой уровень… а частично – и наоборот!

А ещё понимаешь – когда можно отдавать приказы, а когда тебя просто не будут слушать! А могут и убить… По крайней мере, пытались.

Изрядно он тогда одичал… и озверел. Потом уже оглянулся на пройденное, и ужаснулся сделанному.

Мог бы иначе? Мягче, цивилизованней? Пожалуй… не слишком, но мог бы. Будь у него десяток-другой подготовленных белых волонтёров, которых можно поставить на офицерские должности, да сотня цветных, воспитанных должным образом.

Передавить европейской дисциплиной и менталитетом обыденную, первобытную жестокость племён, едва вступивших в железный век!

А так, будучи иногда единственным белым на несколько сот, а потом и тысяч вооружённых африканцев… Нет, и наверное, никто бы не смог.

В итоге, для тсвана он стал фольклорным персонажем из тех, коими пугают непослушных детей и вспоминают с искренним ужасом несколько поколений. Матабеле же до сих пор недовольны тем, что он не дал вырезать тсвана под корень. Так, как это принято в Африке!

– Р-романтика… – кривовато усмехнувшись, протянул Корнейчуков, давно уже (как он искренне считал) лишившийся остатков иллюзий. Просто…

… кто, если не он?

Раз уж пришлось стать частью племенной структуры матабеле, и так сложилась судьба, он будет тянуть их к цивилизации! Через гарем, через нелюбимых и далеко не всегда красивых дочерей вождей, будущие браки своих сыновей и дочерей с детьми племенных вождей, через феодальное общество – к телеграфам, железным дорогам, школам и больницам!