Иван Безродный - Массандрагора. Взломщики

– Простите, Павел Игнатьич, но не такой уж я в этом плане и ценный кадр. Молод еще, наверное, не подготовлен я. А времени переучиваться пока не имею.

– Молод он! – снова воскликнул полковник. – Времени у него нет! Да я в твои годы знаешь что уже делал?! – Глаза Мазурова налились кровью – какие-то давние воспоминания всплыли в его памяти. – А, ладно… Итак, Павел Крашенинников, что скажешь конкретного?

– Думаю, я и в своем нынешнем качестве смогу приносить пользу, без нашивок сержанта, – тихо ответил Соломон. – Позвольте мне просто работать, и все будет хорошо.

– Я даю тебе время подумать… До завтра устроит?

– Товарищ полковник, не думаю, что это что-либо решит. Я не такой человек.

– Никчемный мальчишка! Ты не знаешь, от чего отказываешься!

Павел хотел было резко возразить, что он думает по этому поводу, но вовремя сдержался. Все-таки он отдавал себе отчет в том, где и перед кем сидит.

– Простите, Павел Игнатьич, – только и смог выговорить Соломон.

– Ну смотри!.. – сквозь зубы процедил Мазуров. – Век тебе оставаться пешкой!

«А вот это мы еще посмотрим, старый хрыч, кто из нас будет пешкой!» – усмехнулся про себя хакер.

– Свободен! – рявкнул полковник. – И больше не попадайся мне на глаза!

Павел вышел из приемной коменданта, миновав округлившую непонятно от чего глаза блондинку (неужто подслушивала?), и направился на склад к Евстигнееву – нужно было получить новые силовые кабели для бронекостюмов.

Фаронов воспринял новость о работе Соломона в «Офелии» с энтузиазмом.

– Правильную тему выбрал, – одобрительно сказал он, – шаришь! Говоришь, они тебе на выбор целый список выкатили? Странно! Видать, неважнецки дела у Кассиуса идут, персонала явно не хватает… Ладно, ты там давай вникай, чего уже эти прыщавые кентаврики добились. Не думаю, что столкнешься с крутыми открытиями, не это главное! Главное – доступ к их оборудованию. Сперва, конечно, никто тебя к нему не подпустит, может, через полгодика, но чем черт не шутит? В общем, штудируй ихнюю писанину – пригодится. Только наши секреты им не раскрывай, до чего мы сами дошли, ладно? А то фигня полная выйдет, мы же с тобой не на Метрострой здесь трудимся.

– Что же мне тогда для «Офелии» делать? – задумался Соломон. – Им же я тоже должен какие-то результаты выдавать! А то я долго там не продержусь.

– Ну что-нибудь по мелочи, оптимизацию там им сделай или намек какой – куда копать, не более того, там ведь тоже балбесов хватает. Блин, даже и не знаю! Засада, однако! – Данная ситуация Фаронова поставила в тупик. – Ладно, посидим-подумаем, не боись.

И Соломон принялся штудировать толстенные тома наработок «Кентавров», больших откровений в них пока действительно не находя – все, что он читал в выданной ему под расписку документации, напечатанной на допотопном матричном принтере, он уже знал из открытых посвятам энциклопедий либо дошел своим умом (не без помощи Тунгуса, конечно). Но ведь это было только началом, и хакер знал, что скоро получит по-настоящему ценные для него сведения. Да и чуть позже попавшие ему в руки сверхсекретные стандарты и спецификации для кодирования координат телепортов по системе профессора Котовского (взамен устаревшей, профессора Ципракиса), оказались как нельзя кстати. Первые две недели он по несколько часов в день просиживал в своем «секретном карцере», вчитываясь в мелкий и старомодный шрифт распечаток, а затем начал программировать, постепенно перенося программные наработки «Кентавров» на свой домашний компьютер, чтобы совмещать «Офелию» с нелегальным хакингом Машины, да и вообще – чтобы как можно меньше времени проводить в неуютном Большом Метро.

Заодно Павел упорно искал информацию о Шарах, встреченных им на полигоне, однако ничего конкретного и серьезного обнаружить так и не удалось. Это были полумифические то ли существа, то ли механические устройства, обладающие интеллектом и чаще всего замечаемые в дальних мирах. Мало кто видел их вживую и остался невредим, хотя агрессивными их не называли. Кто-то утверждал, будто они связаны с Машиной, другие же возражали: на этом, а возможно и том свете все связаны с ней, а потому и спорить тут не о чем. Главная энциклопедия посвятов, что-то вроде гигантской «Википедии» с тайными знаниями о Мультивселенной, приводила лишь несколько размытых фотографий и ряд черно-белых рисунков, по-видимому, излишне возбужденных художников. На паре форумов, в посвятовской части сети Соломон наткнулся на несколько длиннющих обсуждений, посвященных Шарам, но люди там больше хвастались, врали, оффтопили и наезжали друг на друга с использованием довольно витиеватой ненормативной лексики – ничего конкретного или подтвержденного фактами не оказалось и там. Павлу осталось лишь вздыхать по этому поводу – ему очень хотелось написать свою статью о встрече с Шарами, однако его высочайшая секретность и щекотливость самой ситуации не позволяли этого сделать.