Александр Март - Механики. 24 ЧАСТИ.

— Пошли, — буркнул Большой, поправляя висящий на нём пулемёт.

Он вывел нас на кромку леса. Место для засады они выбрали хорошее. От леса до дороги было не больше ста метров. С той стороны дороги также был лес. До него метров сто пятьдесят. Надеюсь, снайпера не дадут никому убежать, хотя я сильно сомневался, что такие будут. Перед нами была прямая дорога, а дальше — поворот. В любом случае всем машинам придётся перед ним притормозить. Вот тут мы их и встретим.

— Колючий установил две Монки на повороте, — показал нам рукой Большой на суетящихся на этом повороте ребят. — Направленным взрывом точно зацепим тачки, если повезёт, то все. Жалко, мы не знаем, сколько всего будет машин, но, думаю, штук пять-шесть. Выбирайте себе позиции, работаем после взрывов Монок. Лепите по тачкам из подствольников и поливайте огнём.

— Заслоны есть? — спросил Клёпа.

— Обижаешь, — улыбнулся Большой. — В двухстах метрах сзади и спереди сидят по два бойца. Это если кто вырвется. С той стороны дороги установили растяжки. Это для тех, кто решит там залечь в кювете и отстреливаться.

Я усмехнулся. Думаю, после того, как в каждую тачку прилетит по два выстрела из подствольника, живых не будет. Это только в кино показывают, как террористы, или кто там, стреляют по машинам из засады из автоматов и пулемётов. Тут всё проще — гранаты мы не докинем, а вот для подствольника самое оно. Тачки просто в щепки разнесёт.

Я быстро выбрал себе местечко под большим кустиком. Сразу за ним был небольшой овражек. Булату сказал сидеть там и не высовываться. Маленький быстро пробежался вдоль цепочки залёгших ребят, распределил сектора обстрела, на ходу осматривая, кто как замаскировался. Рядом со мной легли Слива и Няма, а с другой стороны — Клёпа с Колючим. Все по-деловому приготовили магазины, выстрелы к подствольнику. Всё, мы готовы.

— Едут, — зашипели наши рации через некоторое время. Это наш задний заслон вышел на связь, — Шесть машин. Первая багги с пулемётом, за ней Л-200, Чероки, Паджеро и ещё две багги, последняя большая.

— Приготовиться всем! — тут же сказал Большой в рацию. — Работаем после взрывов Монок. Колючий — на повороте.

— Понял, Большой.

И вот показались машины. Шли они достаточно хорошо, только им перед поворотом в любом случае надо было снизить скорость. До нас им оставалось каких-то метров сто пятьдесят — двести, когда передняя багги начала резко тормозить. Ехавший за ней Л-200 с бандитами в кузове не успел среагировать и врезался в её заднюю часть. Несколько человек из кузова вылетели на дорогу. Следующий Чероки успел отвернуть в сторону влево, как раз в нашем направлении. А вот Паджеро и две последние багги свернули направо и быстро съехали с дороги в кювет на противоположную сторону.

— Засекли! — заорал Большой. — Огонь, всем огонь!

Лес тут же взорвался выстрелами. В первую багги, Л-200 и Черокез влепили по две гранаты. Машины буквально разорвало взрывами, разметав сидящих в кузове людей как бумагу на ветру. Кто-то стал стрелять по Паджеро и двум багги, но там, с той стороны был кювет и достаточно глубокий. Машин толком не было видно. Мы же не предполагали, что они с дороги свернут. Видимо, в одной из машин кто-то что-то заметил и успел сказать всем. С верхних турелей багги мгновенно открыли огонь из пулемётов в нашу сторону. Но тачки прыгали на ухабах, и пули сбивали ветки над нами, но всё равно не очень приятно. И тут раздался взрыв.

— На растяжку напоролись! — радостно заорал Клёпа и, уперев свой автомат прикладом в землю, выстрелил из подствольника.

На растяжке подорвался шедший первым Паджеро. В клубе пыли и дыма от взрыва мы увидели, как он кувыркается с той стороны дороги. Еще взрыв — зацепил ещё одну растяжку. Ещё. Судя по пулемётчикам, две следовавшие за ним багги остановились. Нам было видно это по торчащим головам пулемётчикам. Они оба, быстро прицелившись, стали поливать нашу сторону из пулемётов. Тут я увидел, как прямо перед нами пули взрыхляют землю, прям фонтанчики прошли.

— Снайпера, не спать! — рявкнул Большой в рацию.

Я пригнулся от взрыхлённой земли и тут же поднял голову. Выстрел, у первого пулемётчика взорвалась голова, и он кулем осел внутрь машины. Второй успел нырнуть внутрь тачки. Только искры посыпались от пуль, которые попадали по верхней части машины и самому пулемёту. Мы меж тем продолжали стрелять из всего оружия по двум оставшимся машинам. Хлопали подствольники, но либо был недолёт, либо перелёт. Всё-таки этот кювет, будь он неладен, сыграл им на руку. Три первые расстрелянные машины густо чадили. Чероки, так вообще, горел как солома.