Геннадий Ищенко - Приёмыш. Книга первая

– Сколько у нас свободных помещений? – спросила она у Виктора.

– Из приведённых в порядок остались ещё три комнаты в гостевых покоях и две в той части замка, которую заняли дружинники. Есть ещё семь, но они нуждаются в ремонте и не для всех куплена мебель. Четыре большие комнаты занимают рабочие.

– Ладно, пока хватит. Возможно, скоро поселим в гостевые покои двух моих соотечественников. Они будут изучать замок и учить язык.

Прямо из замка Ира ушла в приёмную Аниша и, когда Мар отошёл от испуга, попросила его передать королю, что ей больше не нужен храм. Встречаться с Анишем не хотелось. Усталость давила и вызывала только одно желание – побыстрее очутиться в кровати. Отказавшись от ужина, она быстро разделась, легла в кровать и моментально уснула. А через три часа на них напали.

Впервые дни жизни в особняке Ира спросила Райну, почему они не делают следящий контур.

– А зачем? – спросила тогда наставница. – Границы обширны, а контур нужно обновлять каждый день. Долго ходить, да и сил потратишь немало. Умнее сделать так, чтобы в случае нападения до нас не смогли сразу добраться и тем самым дали время уйти или оказать сопротивления. Особняк – это маленькая крепость. Не забывай каждую ночь закрывать ставни на окнах и входные двери, и враги замучаются их ломать. Магия им в этом не помощница, а оружием пока ещё изрубишь. За это время мы сто раз успеем уйти вратами в замок и увести своих людей.

– Но вы же сами говорили, что жрецы как-то мешают ставить врата.

– Мешают, – согласилась Райна. – Именно поэтому нам пришлось спасаться из крепости через подземный ход. Но я раскусила их фокус. Тётя перед смертью успела сказать, почему мы не смогли уйти вратами. Никто из мастеров не смог представить чёткого образа для врат, из-за того что жрецы как-то туманили им мозги. Под полной защитой всё вспоминалось нормально, но с ней не создашь врата. А нам с тобой это не страшно, потому что пойдём по маякам.

– А у вас не было маяков?

– Не было. Не ставили их мастера, за что и поплатились. Маяки для мага – это всё равно что костыль для хромого. Для мастера использование маяков было равносильно признанию в собственной слабости.

С тех пор их конюх запирал на ночь ставни на окнах тяжёлыми навесными замками, а Лина закрывала двери на засовы, не забывая стопорить их специальными клиньями. О вторжении врагов предупредили амулеты, которые сработали, когда жрецы уже подходили к дому. Первым делом по поместью был нанесён удар парализующим заклинанием.

Ира так устала, что проспала бы волну холода, которая ударила со всех сторон, но её разбудил настойчивый стук в дверь.

– Что будем делать? – спросил Сантор. – Игар и служанки парализованы, а жрецы могут поджечь дом.

– Плохо, что я не восстановилась, – ответила Ира. – Я устроила бы им нападение!

– Может, вам стоит вызвать своего Зверя? – предложила Аглая.

– Не буду я его вызывать без крайней необходимости, – отказалась Ира. – Сейчас симпатии горожан на моей стороне, но всё может измениться, если я начну таскать в город Зверя. Сделаем иначе. Вы выносите парализованных в коридор, и я всех вывожу вратами в замок. Потом, если хватит сил, сниму паралич и открою врата поблизости от нашего особняка. Подберёмся к ним с улицы и устроим весёлую жизнь. Пяти автоматов достаточно, но на всякий случай захватим гранаты. Можно было бы отсидеться в замке, но они наверняка убьют слуг во флигеле, да и лошадей жалко: конюшню нам сожгут, а если на пожар набежит стража, достанется и ей. Если напали на королевского мастера, значит, решили идти до конца. Это хороший случай сократить число наших врагов. Да не трясись ты так над Линой, Владимир, вылечу я её за минуту.Сейчас мало сил, поэтому важнее отсюда уйти. Неси сюда свою любовь, пока они не ударили чем-нибудь вроде остановки дыхания. Моя ошибка: надо было сделать амулеты всем, но вы же видели, как я крутилась.

Лину принёс на руках Владимир, майором занялся Сантор, а крупную Саю словно пушинку принесла Аглая. У них на плечах были автоматы. Ира тоже вооружилась и, когда все были в сборе, открыла врата в свою гостиную.

– Уложите женщин в кресла, а Игара можно положить на пол, – скомандовала она, открывая оружейный сундук. – Возьмёте отсюда запасные магазины и по две гранаты. Запалы к ним лежат в сумке. А я сейчас займусь лечением. Начну с Лины, а то от Вальдера не будет толку.

Пришедшая в себя девушка забралась на колени к Владимиру, который принялся её успокаивать, а Ира занялась майором.

– Голова не кружится? – спросила она у очнувшегося от оцепенения Игоря. – Вот и прекрасно. Возьми мой амулет. Мне он пока не нужен, а привязку я сняла. Автомат для тебя в сундуке. Там же и всё остальное. Владимир! Оставь Лину и объясни товарищу ситуацию. Я не буду пока трогать Саю, сил и так осталось немного. Готовы? Я дам всем, кроме Аглаи, сумеречное зрение, только сначала снимите амулеты. Теперь можете надевать. И постарайтесь беречь глаза от яркого света. Если там пожар, нельзя смотреть на огонь. Во врата идите бегом, потому что у меня почти нет сил их держать.

– Может, вам лучше остаться? – предложил майор.

– Я иду, и это не обсуждается. Отставить разговоры, пошли!

Все один за другим бросились в ярко пылающий для обострённого магией зрения круг врат и очутились метрах в ста от ворот особняка.

– Видно не очень хорошо, – заметил майор. – А почему вы не улучшили зрение Аглае?

– Пока дойдём, глаза успеют привыкнуть, и будет лучше видно, – ответила Ира, – а Аглая видит в темноте не хуже кошки. И прекращайте болтать. Жрецы могли оставить кого-нибудь возле ворот.

– Как вы себя чувствуете? – тихо спросил Сантор.

– Физически – нормально, я успела немного отдохнуть. А магических сил осталось только на свою защиту, больше я ничего не смогу сделать, даже вернуть вас в замок.

Жрецы не оставили охраны, они сгрудились возле особняка и пока безуспешно пытались в него проникнуть.

– Неужели не чувствуют, что в доме никого нет? – спросил Владимир, устраиваясь поудобнее для стрельбы.

– Я оставила обманки, – ответила Ира. – Они уже выворотили ставни. Стреляем!

Тишину ночи разорвал грохот выстрелов. Поначалу, когда врагов было много, стреляли, не экономя патроны, но скоро почти все жрецы были ранены или убиты, а уцелевшие стали разбегаться. Теперь их отстреливали короткими очередями. Долго это избиение не продолжалось, и минут через пять стрельбу прекратили. Повсюду лежали тела жрецов, кое-где слышались стоны.

– Вам нужны раненные? – спросил Иру Сантор.

– Зачем они мне? Говорить с ними не о чем, доказательств их нападения не требуется, а лечить врагов...

– Понятно, – сказал он, переводя автомат на стрельбу одиночными. – Пойдём, Вольдер, закончим дело. И друга возьми, не девушкам же таким заниматься.