Геннадий Ищенко - Приёмыш. Книга первая

– У неё свой интерес, – объяснила Оля. – У неё девчонки старше пятнадцати покупают презервативы. Им в аптеке не отпустят, она и пользуется. Конечно, цена у неё выше.

– А зачем им презервативы? – не поняла Ира.

– Ты что, тупая? – удивилась Оля. – Если будешь бегать к парням без них, то живо подзалетишь. А оно тебе нужно?

– Мне и ваши парни не нужны!

– Точно дурочка! Отказываться от такого!

– Так ты тоже бегаешь?

– Мне нельзя. Горыныч сказал, что, если поймает за этим делом кого-нибудь младше пятнадцати или кто-то залетит, он живо устроит здесь женский монастырь! Вот те, кто постарше, за нами и следят.

«Куда я попала? – подумала Ира. – А ведь майор выбрал не самый худший детдом. Надо подбросить ему золота в кабинет. Единственный по-настоящему порядочный человек из тех, с кем я там общалась. Остальных интересуют только они сами».

– Слушай, Оля, – обратилась она к соседке, – ну их, этих мальчишек. Ты лучше скажи, у вас кто-нибудь из воспитателей знает английский язык?

– Горыныч знает, а зачем тебе?

– А кто этот Горыныч?

– Это старший воспитатель. Его так прозвали за внешний вид и свирепость.

– Неужели такой страшный? – не поверила Ира.

– Сама увидишь. Он обязательно захочет на тебя посмотреть.

До ужина она знакомилась с девчонками и болтала с ними на разные темы. Ире пересказали сюжет просмотренного фильма, и ей вдруг ужасно захотелось сходить в кино, посмотреть хоть что-нибудь. До похода на Землю она из-за занятий магией не страдала от отсутствия книг и кино, а теперь почувствовала, как многого была лишена. Даже нельзя было послушать хорошую музыку. То, что играли в мире Райны, не доставляло удовольствия.

«Если я надолго там застряну, эту проблему нужно как-то решать, – подумала она. – А как её решишь без электричества?»

Ужинали в большой столовой. Вначале в неё запустили девочек, а когда они закончили и стали выходить из столовой, туда зашла младшая группа мальчишек.

– Готовься, – сказала Оля, когда шли на свою половину. – Уже сегодня эта мелкота раззвонит, что у нас появилась новенькая. А если кто-нибудь из наших побежит к парням, они о тебе ещё наболтают. Парни постарше точно сделают стойку. Это девчонки думают головой, а парни – тем, что болтается между ногами!

– Начхать, – ответила Ира. – У меня им ничего не обломится.

– Посмотрим, – ответила Оля. – Не хочешь почитать? У меня под подушкой лежит «Квентин Дорвард». Успела взять в библиотеке перед отпуском заведующей. Если хочешь, читай.

Книгу она с интересом читала до отбоя. В десять часов ночная няня выключила свет. Их группа лежала тихо, лишь в дальнем углу шушукались две девчонки, а младшие за стеной долго не могли угомониться. Немного полежав, она приказала себе заснуть и очень хорошо выспалась. Всех разбудили в семь утра. Ира заправила кровать, оделась, сходила умыться и почистить зубы и до завтрака села читать книгу. Когда шли в столовую, возле неё стояла толпа парней постарше. Ира заглянула в головы некоторым из них, и ей стало противно. Объектом их утреннего интереса была она сама. Кто-то из ребят хотел задержать для знакомства и разговора, но она стряхнула руку с плеча и вошла в столовую.

Когда шли обратно, у дверей толпились только младшие, возле которых стоял огромный мужчина с грубыми чертами лица. Усы и борода срослись у него в единое целое, прикрывая всю нижнюю часть лица.

– Горыныч! – шепнула Ольга.

– Волкова? – низким голосом спросил воспитатель. – Давай пройдём в учебную часть, нам нужно поговорить.

В комнате, куда он завёл Иру, не было никого, кроме них.

– Садись, Волкова, – показал он рукой на стул, – и слушай меня внимательно. Я смотрел твою анкету, согласно которой тебе только четырнадцать. Уже знаешь местные порядки?

– Знаю. А почему вы такое допускаете?

– Не одобряешь, значит, – невесело усмехнулся воспитатель. – Я тоже не одобряю, а что прикажешь делать? Пробовали запрещать вообще, получается ещё хуже. За год три аборта, и у одной из этих дур после него не будет детей. Из парней этим занимаются самые... – он не нашёл для характеристики приличного слова и продолжил: – Остаются на ночь в столовой, уединяются в бытовках, лазают по карнизам, один вообще сорвался на хрен. При попытках воспрепятствовать угрожают воспитателям, а у нас, кроме меня, одни женщины. Я не могу убрать этих мерзавцев и тем более применить силу. Если бы имело место насилие, я ни на что не посмотрел бы и вбил бы их в землю по самое причинное место, так ведь нет, сами бегают! Распробовали, где сладкое, и липнут к парням. Вот что бы ты, такая правильная, посоветовала мне делать?

– Неужели так везде?

– По-разному. Где-то этого почти нет, а где-то намного хуже. Ты поняла, к чему у нас этот разговор?

– Вы можете не беспокоиться, Степан Борисович, мне эти парни и на фиг не нужны.

– Ну-ну, ты, конечно, девочка спортивная, но с парнями тебе не тягаться. От кого узнала моё имя?

– Девочки сказали.

– Ещё помнят? Они меня уже три года величают Горынычем.

– Мне сказали, что вы хорошо знаете английский.

– Откуда только узнали? Ну да, могу разговаривать и читаю без словаря. А тебе это для чего?

– Я хотела попросить помочь мне выучить его за месяц до школы.

– Шутишь?

– Ну пожалуйста! У меня хорошая память, и я буду очень стараться!

Он заколебался, но небольшое воздействие сделало своё дело.

– Хорошо. Завтра составлю для тебя программу и ежедневно буду давать задание и контролировать, что у тебя получается. Позанимаешься словарным запасом, а потом к изучению слов добавим грамматику. В конце натаскаю в разговорной речи. Всё это при условии, что ты у нас вундеркинд. Только не нужно болтать об этом увлечении при остальных: сочтут чокнутой.

– Ну их! – махнула рукой Ира. – Всё равно узнают. Пусть хоть огурцом считают, лишь бы не мешали.

– Дело твоё, – пожал плечами Горыныч. – Завтра приходи за первым списком. Транскрипцию нормально читаешь? Ну я всё равно покажу пример произношения. Иди, и если будут приставать, сразу же обращайся ко мне, не жди, пока кто-то от слов перейдёт к делу.

– Чего от тебя хотел Горыныч? – спросила Оля. – Только знакомился?

– И со мной знакомился, и меня знакомил с вашими порядками, а я попросила подтянуть меня по английскому. Обещал помочь.

– Ну ты даёшь! – вытаращилась Оля. – На фига тебе его зубрить? Больше нечего делать? Через месяц и так англичанка в школе запудрит им мозги.

– Есть у меня цель – прокатиться в Америку! – засмеялась Ира. – Не бери в голову: у каждого человека свои причуды.

Она сходила в туалет, заперлась в кабинке и воротами вышла во двор особняка. Здесь было раннее утро, но все уже встали. Отвечая на приветствия, девушка забежала в особняк и бросилась в комнату наставницы. Как и уговаривались, серебряная фляга с отваром стояла на столике. Ира взяла её и прямо из комнаты шагнула обратно в туалетную кабинку. Забравшись на унитаз, она дотянулась до сливного бачка, на котором не было крышки, и опустила в него флягу. Потом вернулась к себе и оставшийся до обеда час читала книгу. Оля куда-то убежала и не приставала с расспросами.