Геннадий Ищенко - Приёмыш. Книга вторая

– Можно давать даром, но это будет не дружба, а расчёт. Ваш мир разделён. Часть стран поддерживают вас, часть – американцев, а остальные смотрят на вашу борьбу со стороны. Части у вас неравные. Я ведь не всё время провожу на встречах, стараюсь хоть немного посидеть в библиотеке. Это нужно для того, чтобы грамотно отвечать на такие вопросы, как ваш, да мне и самому интересно. У вас везде пишется о борьбе капитализма с социализмом, а в любой борьбе выигрывает тот, кто сильнее. Если позволить своему противнику беспрепятственно завоёвывать страну за страной, он так усилится, что вы в конце концов проиграете. Поэтому ваше правительство, помогая вьетнамцам, борется за своё будущее, а за него можно и заплатить. Надеюсь, мой ответ вас удовлетворил.

Прощаясь с Сергом, все в зале встали и горячо аплодировали, пока он не ушёл со сцены.Работник ЦК ВЛКСМ хотел проводить принца к автомобилю, но он попросил подождать, вернулся в уже почти пустой зал и спустился со сцены по боковой лестнице.

– Здравствуй! – сказал он поджидающей его Оле. – Познакомишь с мамой?

– Познакомлю. Это моя мама Ирина Александровна. Мама, это мой друг принц Серг.

– Можно без принцев, – улыбнулся Серг. – Мне очень приятно познакомиться. Это действительно так, я не из вежливости говорю. Ирина Александровна, мне можно поговорить наедине с вашей дочерью? Я прошу вас не обижаться, но мне дали очень мало времени...

– Говорите, – вздохнула молодая и красивая женщина. – Оля, я подожду в вестибюле.

– Больше мы не сможем увидеться, – сказал Серг, когда они остались вдвоём. – Завтра мы летим в Новосибирск, а потом я сразу уйду. Ты меня навестишь?

– Ты приглашаешь? А как это сделать?

– Очень просто. Я предупрежу нашего посла, и как только придёшь в посольство, тебя сразу же отправят в столицу. Можешь прийти с мамой. По протоколу мы не только имеем право посещать Союз, но и можем по своему усмотрению принимать гостей. Сестра специально настояла на этом пункте. Там, правда, указано, что на срок до пяти дней, но на большее время тебя не отпустят из-за школы. Только если соберётесь, надевайте брючные костюмы. У тебя есть?

– У мамы есть, а я возьму брюки у подруги.

– А я попробую вырваться к вам зимой. Сестра рассказывала, как много здесь снега, а у нас он бывает редко и быстро тает. Приду сразу после Нового года, когда у вас каникулы. Ты принесла фотографию?

– Вот, возьми! – девочка достала из нагрудного кармана кофты небольшую чёрно-белую фотографию комнаты. – Её сделал мой одноклассник. Наверное, крутил пальцем у виска. Ты сможешь по ней прийти?

– Я не смогу. Я очень слабый маг, а между мирами у нас мало кто может ходить. Вот если уломаю сестру, тогда без проблем. Но одного она ни за что не пустит, а сама постоянно занята, так что попробую, но ничего не обещаю. Пойдём провожу к матери, а то она волнуется, а меня ждут.

Дети вышли в вестибюль, где ждала мать Оли, уже одетая и с пальто дочери в руках.

– Извините, что заставил ждать, – сказал Серг. – Я не подумал заранее о цветах, поэтому, может, хоть так?

Он создал замечательную иллюзию букета красных роз и вручил его опешившей Ирине Александровне. Два вечера трудов не пропали даром: розы даже кололи пальцы и аромат от них шёл, как от настоящих.

– Я очень слабый маг, – повторил он, – но до завтрашнего утра они должны простоять. В воду ставить не нужно: это только иллюзия. В следующий раз буду предусмотрительней и приду с букетом.

Дома между матерью и дочкой состоялся разговор.

– Слава богу, что он уезжает и всё кончится! – сказала мать, положив несуществующие цветы на тумбочку и снимая пальто.

– Как ты можешь так говорить! – возмутилась дочь.

– Могу, потому что желаю тебе счастья! Мало того что ты слишком молода для такой дружбы, так ещё выбрала в друзья принца! Ты знаешь, что у тебя никогда не будет от него детей?

– Дети – это не самое главное в жизни!

– Это ты сейчас так говоришь, а когда вырастешь и поумнеешь, будет поздно!

– Если бы был жив папа, он не стал бы так говорить!

– Ещё как стал бы! Он точно так же, как и я, желал бы тебе счастья. Подумай сама, кто он и кто ты?

– Главное – кто для него я! – отрезала дочь. – Королева была такой же девочкой, как и я! У неё даже не было матери!

– Вон ты как заговорила! Захотелось в королевы? Так ты и в этом ему не пара! Этот мальчишка не глупее нашего завкафедрой, а у тебя нет ничего, кроме внешности!

Вот этого говорить не следовало. Заплакав, Оля схватила букет роз и убежала с ним в свою комнату.

– Оля, пойми, я хочу тебе только добра! – сказала мать, приоткрыв дверь в комнату.

Плач Ольги перешёл в рыдания.

– Солнышко, ну не плачь! – мать подбежала к ревущей дочери, обняла и прижала к груди. – Тебе же только одиннадцать лет, ты ещё ребёнок!

– Ну и что? – всхлипывания стали чуть тише. – Мы с ним только дружим, а ты уже завела разговоры о детях. Другая мать помогла бы, а ты хочешь разрушить нашу дружбу! Кому она может мешать?

– Ладно, успокойся. Не буду я вам мешать. Пойди умой лицо. И розы на всякий случай поставь в воду, может быть, дольше простоят.

– Докладывайте, Заг, – сказала Ира дознавателю. – Что вы узнали в результате допроса?

– По Хортогу дали показания трое слуг и младший сын хозяина дома. В первый раз он появился у них три декады назад и с тех пор заходил чуть ли не каждый день. Не было его только тогда, когда хозяин сам куда-нибудь уезжал. Получается, что он заранее знал об этих поездках. В доме Хортог ни с кем не общался, кроме самого жреца. Вот и всё, что удалось по нему узнать.

– Немного. А что говорит старший сын хозяина?

– Молчит он, ваше величество. Нас ненавидит и не скрывает ненависти. Но мы пока не прибегали к пыткам.

– Колин не рвался его придушить?

– А зачем ему душить арестованного?

– Из-за него жена Колина потеряла ребёнка, была изнасилована и очутилась в подвале. Не знали?

– Откуда? Колин проявляет завидную выдержку, а о его семье я вообще ничего не знал. Но теперь мне понятна причина ненависти пленника. Он увидел Колина и считает себя обречённым.

– Правильно считает. Как только мы с ними закончим, я его Колину и отдам. Такое нельзя прощать.

– А остальные?

– Слуг можно оставить, а на младшего сына жреца у меня свои планы.

– Теперь по боевым действиям, – продолжил Заг. – Точно никто ничего не знает, все питаются слухами. Так вот, по этим слухам, рахо потеряли на побережье все города, кроме одного. Там сейчас базируется их флот, туда же стянуты основные силы.

– Странно. Что мешает воинам даргонов нанести удар вглубь страны и взять столицу?

– Может, боязнь удара в спину?

– Было ещё что-нибудь интересное?

– Узнали, что у них не было других гостей, кроме Хортога. На рынок за продуктами и всем, что нужно, ходили слуги. Правда, сам жрец каждое утро уходил по делам и редко возвращался до обеда, так что если кто-то придёт в тот дом, то только из-за прекращения его хождений.