Веда Лесина - Сумрачная сказка

– Приятно слышать, – сказала я и села на табурет, – зачем же тогда держать взаперти такую же, как вы? Почему я здесь, не скажешь?

Я очень пыталась сохранить дружелюбный тон, Галвин-то не был виноват в моем заточении.

Он подошел к двери и виновато улыбнулся.

– Извини, я не могу ответить. Мне не то, чтобы разговаривать с тобой, мне здесь находиться запрещено.

– Хотя бы скажи, что это за место и кому принадлежит? Кто такой хранитель?

Он остановился и присел на табурет.

– Ты в Цитадели света. Это самое легендарное и защищенное место в мире, а хранитель стоит во главе цитадели. Он…

Дверь с громким скрипом распахнулась, и в камеру вбежал тонкий мальчишка, держа в руках поднос. Следом за ним вошел угрюмый мужчина. Галвин замолчал на полуслове и смущенно улыбнулся.

– Ну вот, – прошептал он, – незамеченным пройти сюда не получилось. Как всегда.

Он кивнул мужчине и пулей вылетел из камеры.

Мальчик, упорно стараясь не глазеть на меня, водрузил поднос на стол и вышел.

Мужчина остался. Он сразу напугал меня. Лицо изрезано глубокими морщинами, глаза бесцветные и пустые. Пугающие. Он окинул меня презрительным взглядом и сел на табурет.

Из-за пояса он вынул кинжал с черным лезвием и вонзил в столешницу. Несколько секунд я зачарованно глядела на подрагивающий кинжал, а затем медленно опустилась на кровать.

Мужчина мельком взглянул на меня и кинул на стол лист бумаги и перо.

– Итак, – резко, без приветствия, начал он, – как твое имя?

– Елизавета, – сказала я, переведя взгляд на кинжал. Он все еще подрагивал, что противоречило всем законам природы. Этот кинжал чем-то напоминал маятник.

– В какой провинции Эбергарда ты родилась?

Я молчала, глядя на него с недоумением.

– Я не совсем понимаю вас, – ответила я.

Раздался легкий скрип. Перо, небрежно брошенное на стол, взвилось в воздух и быстро чиркало по бумаге.

– Так, значит, ты родилась за пределами Эбергарда? – резко сказал мужчина, – назови место, где ты родилась.

Перо дописало предложение и зависло в воздухе. Кинжал монотонно дрожал. Мне стало не по себе. Это же допрос, поняла я, но какой-то жуткий и странный.

– Я родилась в Саратове, – тихо сказала я, – это в России.

Перо быстро записало мои слова. Мужчина неодобрительно хмыкнул.

– И где же находится это место? На карте сможешь показать?

– Что-то я не вижу здесь карты, – буркнула я и демонстративно обвела комнату взглядом.

– Объясни на словах, в какой части света оно находится? За Вечным морем или за Красными горами? Или, может, в великой пустыне Рафи?

Он думает, что я родилась в их мире, поняла я.

– Мне не знакомы эти названия.

Мужчина несколько секунд молчал, глядя на подрагивающий кинжал.

– Где твоя метка? – сказал он.

Я шумно вдохнула и выдохнула.

– Я не знаю, что это. Никакой метки у меня нет. Послушайте, вы меня так допрашиваете, будто я сделала что-то плохое! А я вообще ничего не понимаю, где нахожусь, как сюда попала…

– Так, значит, ты из другого мира? – флегматично перебил меня он.

Он напоминал бездушную машину. Я кивнула.

– И как ты попала в наш мир? Магических сил у тебя для этого нет.

Я прикусила губу от приближающегося отчаянья.

– Я уже говорила! Я не помню! Сначала я была дома, а потом оказалась в лесу. Может, вместо того, чтобы допрашивать, вы поможете мне вернуться в мой мир?

Мужчина сощурился.

– Так тебе помог кто-то? – произнес он тем же флегматичным тоном, поглядывая на дрожащий кинжал, – кто-то провел тебя в наш мир? Кто это сделал? Назови имя, и мы поможем тебе, – его голос стал обманчиво вкрадчивым, – найдем его, и он вернет тебя в твой мир. Так кто же привел тебя? Имя.

Повисла долгая пауза. Перо замерло над бумагой. Мужчина выжидающе глядел на меня. Кинжал по-прежнему дрожал. Я выдохнула.

– Я не знаю, – тихо ответила я.

Кинжал резко замер, а перо упало на стол. Мужчина подскочил с табурета.

– Лжешь, – прошипел он, – ты лжешь. Ты знаешь, кто привел тебя. Видишь этот кинжал? Он знает, где правда, а где ложь. Назови имя!

Последнее слово он проревел.

– Я не помню! – крикнула я, – Не помню! Ничего не помню! Я просто хочу домой!

Тишина. Кинжал снова стал колебаться из стороны в сторону. Мужчина мельком взглянул на него, и его взгляд снова стал флегматичным и пустым.

– Ты не помнишь, – сказал он, – и это истина. Значит, истина и то, что ты из другого мира. Так? Ты действительно из другого мира?

– Вы уже спрашивали, – устало ответила я, – да, это так. И в моем мире так с людьми не обращаются.