Георгий Крол - Корректировщик. Остановить прорыв!

Подводы с продовольствием пришли вовремя. Командир отряда, спасибо ему огромное, ещё и полевую кухню к одной из них прицепил, причём уже заправленную. Так что бойцы сейчас получают горячую еду. А я сообразил наконец, что теперь у меня есть небольшой резерв. Те почти два отделения, что ходили на разведку. И сразу после приёма пищи нашёл им занятие.

Пока остальные копали или осваивали свои боевые посты, эти, можно сказать, гуляли. Шучу, конечно, но как ни крути, а работали они меньше. Вот я их и озадачил. В тылу, на обратном скате АППК вырыть и укрепить блиндаж для кухни. Авось хоть денёк, но продержится под огнём. Бойцы важность поставленной задачи уяснили, особенно после горячей каши с мясом. Так что работали быстро и чётко. А всех остальных, выставив посты и наблюдателей, отправил спать. Времени час ночи, а утром нам будет весело, это как пить дать.

Снился Мишка. Точнее, наш с ним последний разговор. Он тогда выдал мне свою теорию нашего происхождения:

– Ты понимаешь, Кит, какое дело. Я ведь часто об этом думал, как и все мы. О том, откуда мы взялись. И почему у нас были такие странные сны. Но я ведь ещё и историк. И вот недавно я заметил одну вещь. Судя по всему, в 1940 году что-то произошло. Понимаешь, до этого страна развивалась в одном направлении – и вдруг резкий поворот. Как будто пришли новые люди и стали всё делать по-другому.

Но в том-то и дело, что в руководстве люди остались прежние. Изменения были, но постепенные. А вот политика и внутри, и внешняя, стала меняться резко. И техника вперёд прыгнула, и наука. А по геологии, помнишь, учили – за полтора года больше открытых месторождений, чем за все прошедшие после революции годы. Даже алмазы нашли, а ведь ещё в 39-м геологи утверждали, что их на нашей территории быть не может! Так вот! Я думаю, что был какой-то путешественник во времени. Кто-то, кто провалился в прошлое. И стал подкидывать информацию.

– Фантастика, но ладно, Медведь, допустим. А мы тут при чём?

– А-а-а! Вот тут, Кит, и решение. Если он попал в прошлое и изменил его, то возникает временной парадокс. История идёт по другому пути. А значит, люди, которые должны были жить, могли и не родиться. Их родители не встретились или ещё по какой причине. Вот мы и есть часть тех самых отменённых детей. Только мы чем-то для истории важны. Поэтому и появились. Не должны были в новой временной ветке, но появились.

Меня качнуло раз, другой – и я проснулся. Рядом стоял Корда. Он теперь что-то вроде моего ординарца. Вот и тряс меня осторожно за плечо.

– Товарищ лейтенант, проснитесь. 5.00, как вы приказали. Проснитесь, товарищ лейтенант.

Я поднял руку, показывая, что проснулся, и встал. В углу на табурете стоял тазик с водой. И где только раздобыли? На втором уровне был умывальник, но спускаться туда с одной рукой было несподручно. Вот боец и расстарался. На столике рядом с рацией стояли миска и кружка. Ишь ты, и завтрак уже принёс.

– Спасибо, Владимир Семёнович. Свободен пока, можешь отдыхать.

Быстро приведя себя в подобающий вид, я накинулся на еду. Вчера как-то замотался. Да так, что есть вообще не хотелось. Зато сейчас аппетит у меня зверский. Так что кашу с мясом и чай я просто проглотил. После чего убрал миску и кружку к тазику в углу и занялся перископом. Как им пользоваться, я вычитал вчера в инструкции. Она была тут же, в отсеке. В специальной папке на отведённой для этого полочке.

Я прильнул к окуляру. Десятикратное увеличение приблизило мост и противоположный берег. Сейчас, днём, стало понятно, что мост этот сооружён на месте паромной переправы. Конечными звеньями были бывшие причалы. Хорошо видны места, где стояли блоки канатов, а может быть, тросов. То-то вчера мне казалось, что всё сооружение под ногами слегка гуляет. Думал, это у меня от усталости и стресса галюники.

Отлично видно сержанта Смирнова и его бойцов. Если подумать, там ему делать больше нечего. Оставлю тут наблюдателя, и дело с концом. Я уже собирался дать команду, но вдруг заметил движение на краю поля. Там кто-то был. И этот кто-то очень старался остаться незамеченным.

– Рядовой Корда!

Я не отрывался от перископа.

– Товарищ лейтенант…

– Отставить. Сейчас бегом к Смирнову на тот берег. Прикажи снимать людей и вести их сюда.

Из высокой пшеницы, или что там росло в поле, вышел капитан с тремя солдатами. На плече у офицера висел автомат стволом вниз. У двух его бойцов также были автоматы, а вот третий имел СВТ со снайперским прицелом. Интересно, а чего это они там, в поле, тихарились? Если свои, конечно. А ведь могут быть и чужие. Не зря я вчера Смирнова предупреждал.