Александр Сухов - Инвестиции [СИ]

Позволил его скованным рукам пролететь в сантиметре от моей головы. В ответ он получил ощутимый удар в область солнечного сплетения. Больно, знаю, испытал когда-то на собственной тушке в процессе тренировочных спаррингов с мастерами боевых искусств. Герон громко вскрикнул от невыносимой боли, грохнулся на каменный пол и замер в позе эмбриона, тихонько поскуливая. Сознания не потерял, значит я не подрастерял квалификацию и сделал все, как надо.

Склонившись над поверженным противником, я со злобой в голосе прорычал:

— Послушай, баран тупоголовый, еще одна подобная попытка, и я тебе переломаю руки и ноги! Затем перетащу в джунгли, где без доступа к магии тебя быстро обглодают мелкие насекомые. Но не так быстро, чтобы ты не успел ощутить всю «прелесть» физического контакта с гнусом.

— Что тебе от меня нужно, Лёд?

Вот так-то оно будет лучше. Клиент пришел в себя, кое-что осознал и готов к полноценному сотрудничеству со следствием.

— Давай-ка присаживайся на тот обломок скалы и рассказывай, как дошел до жизни такой?

Герон, покряхтывая, будто старый дед, с трудом поднялся на ноги и присел на указанный мной камень.

— Какой жизни?

Нет, еще не осознал.

— Парень, кончай Ваньку валять, — ухмыльнулся я одной из самых своих злодейских улыбочек, — ты отлично понимаешь суть моего вопроса. — После чего слегка надавил ментально на его сознание, стараясь вызвать в его душе чувство безысходности, отчаяния и жалости к себе любимому.

Подействовало, Полистро реально разрыдался и, периодически утирая слезы и сопли, начал свой рассказ. По мере повествования у меня волосы дыбом на голове топорщились, а рука невольно начинала сжимать рукоять кинжала. Дело касалось даже не моей персоны. Со мной все ясно и понятно — опозорил потомка графской фамилии, в результате высокородный был изгнан их школы и подвергся обструкции со стороны любящего папашки. Будь я на его месте (тьфу, тьфу, чур меня!), непременно попробовал отомстить. Он попробовал, не получилось, значит, проиграл. А проигравшие в таких играх долго не живут.

Под прессом ментального давления мой недруг еще много чего поведал о ситуации внутри его благородного семейства. Герон недавно узнал, что вовсе не является истинным наследником рода Полистро. Его любвеобильная мамаша в свое время согрешила с придворным лекарем. Плодом адюльтера стал сидящий передо мной юноша. Графу, разумеется, правду не сообщили. Этот наивный человек до сих пор считает Герона своим родным сыном. Однако истинная правда вот-вот должна выйти на поверхность, поскольку настоящий папахен, прикрывавший все это время своего сыночка, месяц назад погиб при невыясненных обстоятельствах. Ему на смену в замок направляется другой маг жизни, которому будет довольно просто выявить «кукушонка» в графском семействе. Назревал скандал, чреватый для юноши и его матушки известными последствиями — изменщице голову с плеч, ублюдка прочь со двора.

Графиня оказалась женщиной активной и предприимчивой, к тому же за время своего супружества успела через постель обзавестись надежной опорой в лице начальника службы безопасности семейства Полистро. Так вот, через три дня перед самым приездом в замок нового придворного лекаря, в пищу графу руками женушки будет подсыпан сильнодействующий яд. Как только глава рода умрет от «апоплексического удара». Преемником тут же объявят Герона. Все прочие родственники графа по крови будут обвинены в мятеже, взяты под стражу и немедленно обезглавлены. Их тела тут же подвергнут кремации, дабы не было установлено факта измены, посредством сравнительного анализа ДНК (здесь он называется по-другому, но суть от этого не меняется). Под топор палача должны пойти более трех десятков человек, в том числе женщины, старики и невинные дети всех возрастов. И этот иезуитский замысел лишь для того, чтобы плод порочной связи шлюхи и бессовестного мага занял место, которое не принадлежит ему ни по какому праву.

После столь откровенных циничных признаний, в моей руке материализовался магический нож. Вжик, и голова Герона под давлением мощной кровавой струи подлетает вверх, затем падает на пол и катится пару метров, пока не натыкается на камень. Обезглавленное тело мягко соскальзывает с обломка скалы, продолжая орошать кровью пол пещеры.

— Мразь! — Других слов для этого монстра в человечьем обличье у меня не нашлось.

Утром следующего дня после завтрака, граф Полистро, как обычно, направился в свой кабинет. Открыв дверь, он увидел на своем рабочем столе окровавленный холщовый мешок, его чувствительные ноздри защекотал характерный железистый запах. Рядом листок бумаги, на нем информационный кристалл. Мужчина кинулся к столу и схватил трясущимися руками лист с нацарапанным на нем посланием. И прочитал его вслух: