Гэвин Магнус - Семена Зла

Вот на это я среагировал раньше, чем глава охраны закончил свою фразу. Когда поверженный противник кричит что-то подобное — лучше перебдеть, чем недобдеть. Я быстро ушёл в сторону перекатом, и вовремя: Прямо на место, где я стоял, прилетела колба с какой-то смесью, и разбившись, подожгла всё вокруг.

Источник был вычислен мгновенно: охранник с рассечённым животом, одной рукой зажимал рану, из которой вываливались кишки, а второй готовился метнуть ещё одну похожую колбу. Однако его сердце остановилось прежде, чем он успел сделать это, и оружие выпало из ослабевших рук.

Горящий Дарн с криками катался по земле, но вскоре затих. Часть капель состава попала и на меня, начав гореть прямо на латах. Пришлось экстренно снимать их, но в процессе я всё равно получил несколько серьёзных ожогов. Ещё раз проверив всех живых существ вокруг, я убедился — остались только спящие…

Напоследок я ещё раз пнул ублюдка, который кинул зажигательную смесь. А затем поднял его в виде зомби, и снёс башку мечом. Хотелось бы убить его ещё несколько раз, но были и более важные дела. Не знаю, удалось бы мне пережить подобный бросок: вполне мог заживо запечься в собственных латах, и ни искусство смерти, ни искусство жизни тут не помогло… Только ближайший водоём. Конечно, я успел бы убить десятки людей прежде, чем запёкся. Но легче от этого бы не стало.

Настроение от победы было испорчено. Дальше меня ждала только тяжёлая, нудная, серьёзная работа. Хорошенько связав всех караванщиков, я погрузил их в фургон, скинув одного на другого, как мешки. Насчитывалось двадцать девять человек. Должно хватить.

Стоянка каравана находилась в некотором отдалении от проложенной дороги. Я отогнал караван ещё дальше. Затем взял фургон с пленными и довёл до ближайшей охотничьей стоянки. Было тесновато, но влезли. На всякий случай напоил водой с сонным порошком ещё раз.

Вернувшись к каравану, я обнаружил что на стоянке уже хозяйничали падальщики. Я убил их, зная, что явятся и другие. Затем, разрезав на части парочку охранников, раскидал их куски по фургонам. Падальщики наверняка перевернут все вверх дном, разыскивая мясо. Это создаст впечатление, что караван уничтожили дикие звери.

Следы фургона, ведущий к охотничьей стоянке, конечно подозрительны, но кто сказал что туда не может заглянуть одинокий странник? Доказать, что куда-то были увезены люди будет невозможно. Да и дожди вскоре должны размыть след..

Заметание следов заняло время, конечно. Когда я вернулся, пленники уже проснулись. К счастью, освободиться не успели: вход я подпёр надёжно. Из пещеры, что была охотничьей стоянкой, слышались голоса:

— Кто мог это сделать? Звери не вяжут верёвки, да ещё так умело!

— Может быть, северные варвары. Они устраивают набеги на Арс, как я слышал.

— Вот-вот. Может, их шаманы наслали на нас сон, а остальные тем временем похватали и связали. А теперь готовят нас в котёл!

— Если перетрём верёвки раньше, чем они вернутся, сможем сбежать. Работайте усерднее.

— Куда уж усерднее… Скорее мои руки сотрутся, чем эти верёвки.

В этот момент я отпер вход и вошёл, и двадцать девять пар глаз скрестились на мне.

— Сэр Горд! Это вы, какое облегчение! Скорее освободите нас! Мы уже подумали, что варвары убили вас! — Женелон опомнился первым.

Я по-доброму, тепло улыбнулся, подняв забрало.

— Конечно. Полагаю, вы устали здесь сидеть: наверняка всех мучает жажда. Я и воды принёс.

Все дружно заголосили что так и есть. Поэтому я начал поить их одного за другим, и люди жадно пили удобренную сонным порошком воду. Вот только последние пятеро вдруг заметили, что все остальные внезапно стали засыпать. Однимиз таких был сэр Нэш.

— Это вы, да? — парень посмотрел на меня неожиданно серьёзным взглядом. Похоже, он совсем не был дураком.

— Что я? — я сделал вид, что не понимаю его.

— Вы усыпили всех. И делаете это ещё раз. Не было никаких варваров, просто вы подмешали сонный порошок нам в суп, и принесли нас сюда! — зло выкрикнул парень.

— Ты умнее, чем кажешься. — усмехнулся я. — А теперь пей.

— Не буду. — парень упрямо мотнул головой.

Трое оставшихся караванщиков смотрели на нас с испугом. Лишь один, самый старый, сохранял спокойствие.

— Или ты пьёшь, или я сам вливаю тебе в глотку. Выбирай.

Парень гордо задрал голову, промолчав, и я ударил его поддых, влив в глотку сонное зелье. Остальные трое уже не сопротивлялись. Когда очередь дошла до последнего, старика, тот заговорил: