Гэвин Магнус - Семена Зла

Когда я понял ответ, это вызвало у меня лишь лёгкий смех. Что такое душа? Это и есть я. Так просто, но как сложно порою бывает это понять. Немного странно было ощущать себя ничем и чем-то одновременно. Словно ты плывёшь в осознанном сне, и понимаешь что это ты, такой лёгкий и невесомый, и кажется, что можно легко изменить и пощупать себя, но почему-то получается совсем иное чувство, нежели наяву.

Я ощутил ореол смерти вокруг себя, который почему-то казался мне чёрным. Наверняка это были стереотипы — сознание инстинктивно связывало практику искусства смерти и чёрные цвета, повинуясь известной культуре. Я чувствовал рану на свое душе — совсем небольшую, почти незаметную. Она была словно прокол от пирсинга, только иглой здесь служила постоянно циркулирующая через неё энергия смерти. И это совсем не мешало — осматривая себя, я внезапно осознал, что именно пропуская смерть через маленький кусочек своей души, у меня получается гораздо легче манипулировать этой энергией.

— Я понял.

— Это проще, чем ты думаешь. Однажды поняв, ты уже не разучишься. Окутав чужую душу нитями смерти и проклятиям, ты можешь вынудить её на очень, очень многое. Используй это. Но никогда не забывай о своей.

— Полагаю, настало время заключительной части.

— Возможно, эта часть — важнейшая. Однако это зависит от точки зрения. Что важнее: душа или разум?

— Разум, конечно же. Без души ты машина. Без разума ты лишь животное. Машина может осознавать, что потеряла что-то, и пытаться это вернуть, животное же на это не способно.

— Машина. Ты прав. Я согласен с тобой: именно разум первичен. И когда-то давно, на заре рассвета мастеров смерти, это едва не стало причиной падения этого великого искусства. Первые из великих мастеров смерти придумали множество способов обмануть смерть. Но смерть оказалась хитрее, чем они думали. Ты можешь жить вечно в нетленной не-мертвой и не-живой форме, ты можешь окружить себя легионами, способны отразить вторжение из любого мира, ты можешь создать могущественную цитадель, что всегда даст тебе время уйти, если кольцо врагов сомкнётся вокруг. Но никто и никогда не застрахован от удара в спину от тех, кого ты считаешь надёжными, верно?

Это было мне знакомо. Пожалуй, даже слишком хорошо знакомо — ведь именно предательство стало причиной моей смерти ещё в первой жизни. Я ждал его, конечно. Будучи лидером любой организации, обладающей властью и влиянием, тебе всегда стоит быть готовым к тому, что нижестоящие попытаются занять твоё место, и пусть их могут вести тысячи разных мотивов, всегда стоит быть к готовым к удару: я знал людскую природу слишком хорошо. И тогда я был готов - жаль, недостаточно хорошо.

— Мастера жизни тоже способны на что-то подобное, верно? Вассальные клятвы, что перекачивают жизнь в случае ослушания приказа.

— Не сравнивай детские поделки с подлинными шедеврами. Эти клятвы несовершенны, и тебе не стоит на них рассчитывать. Перекачка жизни работает лишь вблизи, а предать могут и на расстоянии. Множество приказов можно выполнить таким образом, что это отнюдь не пойдёт тебе на пользу.

— И какой же шедевр создали мастера смерти?

— Когда первые из великих мастеров смерти только создавали свои не-мертвые легионы, для управления ими требовались разумные слуги. Казалось бы, что может быть проще — взять душу, вселить её в подходящий сосуд, сковать проклятиями и стимулируя болью заставить выполнять приказы? Однако душа, будучи закованная в цепи, разумом всегда будет ненавидеть создателя. Ты можешь сломать разумного невыносимыми пытками, сделать покорным твоей воле… Однако никогда не сможешь угадать, когда искра ненависти возродиться из пепла почти уничтоженной личности и ударит тебе в спину.

— Личный горький опыт?

— Не личный. Однако великий мастер смерти, чьё имя давно забыто, покоривший сразу несколько миров, пал именно так. Во время покорения очередного мира он принимал отчёт от своих немертвых генералов, которых набирал из людей, которых лично пытал до смерти, чью волю и личность он сам сломал невыносимыми муками, чья покорность была проверена веками… В один момент они просто обнажили мечи и ударили, всё вместе не сговариваясь. Это убило их, конечно, почти мгновенно: разрушило тела и разум, покорёжило души окутанными сонмами проклятий. Однако мастер тоже был мёртв: генералы были крайне могущественной нежитью и их удары пробили его защиту и обратили его в прах.