Cyberdawn - Прекрасный старый мир [СИ]

Впрочем, мне повезло: распахнутый шкафчик явил не кольцо, а браслет среди ключей. Так, тут вообще замечательно, а вот дальше вопрос. Положим, катер из Тамесиса я выведу, да и до материка доведу. Тут реально компаса хватит, да и расстояния смешные. Но вот прикрывать ли кражу? Вроде и не особо надо, а вроде и не помешает. Но старик этот пьяный, с некоторым сомнением уставился я на сторожа, храпящего уже совсем невыносимо. Чтоб сносно кражу прикрыть, нужно пожар учинить, сгорит же, пьянь. Как-то не хочется, хоть и разумно…

К бесам, решил я, приподнимая эфирной хваткой сторожа, а рукой хватая бутылку. Закинул его в ближайшее принайтованное корыто, протёр бутыль, направив ему в компанию. Так, уйдёт в плаванье по пьяни, решил я, возвращаясь в сторожку. Нашёл небольшую канистрочку масла машинного и ветошь, подготовил канат “сторожевоза”. Тем временем на набережной несколько раз мелькали чьи-то башки. Впрочем, воплей “лови гадкого Ормонда!” они не издавали, да и не факт, что вообще на лодочный причал смотрели, хотя я и сторожился.

Закончив огнепроводную конструкцию, я на облюбованный мной катер взобрался, нацепил на лапу браслет, да и подал эфир. Лёгкая вибрация по палубе пошла, как и гул. Значит, турбины, значит, всё в порядке. Остальное мелочи. Аккуратно, эфиром, выбил замочек рубки катера, вздохнул, да и поджёг кусок ветоши.

За пару минут следов от неё не останется, а через пять сторожка будет пылать, как и пристань. Ну а лодки и катера поплывут по Тамесису, моё хищение прикрывая, довольно заключил я, подавая эфир в браслет и руля своим судном.

Выходило, прямо скажем, не ахти, но и того, что выходило — хватало. Карту я относительно неплохо помнил, правда, в этих реках фарватеры какие-то бесовские, думал я, выводя катер примерно на середину реки. Огни не зажигал, но вглядывался напряжённо. Впрочем, традиции ночного плаванья не наблюдалось, так что плыл я сносно, ориентируясь на правый берег.

Чуть не вляпался в какой-то залив, вовремя себя остановив: по времени выходило, что рановато, и всё таки доплыл до “поворота” берега.

И выходило, что как ни крути, а надо мне в Полисы данские. К франкам-то я попаду, вот только там меня обыщут, документы изымут. А у данов, особенно учитывая их некоторую “смешанность”, могу и проскочить. Но и Антверпен не вариант, как говорил Леший. Так что поплыву я, наверное, на юго-восток, примерно прикинул я. Да и поплыл, с компасом время от времени сверяясь.

А вообще, не служба, а бардак, начал в относительной безопасности раздражаться я. Ну вот за что мне все эти погони, перестрелки, да и вообще непотребье? Я в Академию хочу. Наукой заниматься. Да даже если бы бритты скушали или на алтаре поганом жертвопринесли бы — понял. Но вот какого лешего вот так, какая-то гадкая “романтика плаща и кинжала”?

Хотя, по здравому размышлению, понял я, какого. Добродума Аполлоновича который. Да и моё нытьё скорее “отходняк”, потому как в Лондиниум-то я плыл, да и перед этим чётко осознавая, что плыву, чтоб “хоть что-то” сделать. А сейчас и делаю.

Хотя бардака это не отменяет, но, в некоторой степени, оправдывает. Таким макаром, рассуждая о жизни и её несправедливости, часа через четыре, я чуть героически в берег не влетел. Темно было, хоть глаз лешему выколи, хорошо хоть, распахнув окно, я прибой услышал. А “почувствовал” вообще чудом: эфир над водой несколько иначе “тёк”. Это мне чертовски повезло, что в скалы какие не вляпался. Да и что в Полис какой не уткнулся, тоже, как ни парадоксально, хорошо.

Потому как мне в Полис-то надо, вот только не нахрапом, да и точно не на краденом катере, разумно заключил я, стараясь дрейфовать вблизи берега до рассвета.

Рассвет, вопреки моим ожиданиям (вызванных общим гадством и гадостностью окружающей реальности, данной в ощущениях), наступил. Катер бултыхало в полусотне саженей (где-то сотне метров) от берега. Сам берег был песчан, безлюден, так что решил я провести ревизию результатов моего викинга.

Результаты не обогатили меня ни богатствами несметными, ни ордами девиц, законсервированных и готовых к употреблению. А вот с одеждой вышло относительно удачно: штаны с помочами и нагрудным карманом и куртка, всё из плотной парусины, заляпанной местами краской, местами машинным маслом. При всех прочих равных, отыгрывать надуманную роль в дорогущих брюках и шёлковой сорочке выходило несколько неправдоподобно. И так будут тонкие места, а тут уж и слепоглухонемой капитан дальнего плаванья на ощупь несоответствие ощутит.