Cyberdawn - Прекрасный старый мир [СИ]

И полетели дни, вот как ни шаблонно, но именно сие они, дни енти, и творили. За пару месяцев совершили мы с Лешим семь посольств, о которых и вспомнить-то толком нечего, кроме мыслей моих мудрых о природе биологической различных импортных сволочей.

Дома же было всё по-старому: я учился, Мила училась, штудиям различным предавались вместе и по отдельности, в прямом и переносном смысле. Люцина к нам зачастила, даже оказывала помощь в обучении Милы, но сам я пока “в себе не разобрался”, а вопрос ребром не вставал.

Ну реально, ситуация такова, что бес знает, что делать. Причём, Мила, которая для меня фактор отказа от отношений с соученицей, есть фактор этой соученицы наличия. Потому как я, признаться, скорее бы послал Люцину далёко, уж очень моё нутро оказалось противоречивым.

Естественное природное “больше партнёрш”, да и банальная похоть, призывали к налаживанию и “углублению” отношений. А вот рассудок… тоже, прямо скажем, вердикт давал неоднозначный. Но “гаремоводить” у меня желания не было, притом прямой вопрос об отношениях принудил бы меня чётко отвечать, оно мне надо или нет. А это ограничивало бы уже Милу, поскольку отказ с высокой долей вероятности повлёк бы полный разрыв отношений. А я перед овечкой моей испытывал, прямо скажем, некоторую вину: она, если можно так выразиться, принесла в жертву мне всю свою предыдущую жизнь.

Я, безусловно, этого не просил, да и “в жертву” формулировка выходит излишне пафосной, но факт её безоговорочного доверия был. И в качестве ответного, уже мне необходимого хода, я старался обеспечить девочке максимальный уровень комфорта. И Люцина, вот сюрприз, в этот “уровень” входила.

В общем, бесовщина и Варвара светючая, так что в первоначальном своём решении я уверился окончательно: активности не проявлять и ждать. В конце концов, это не моя проблема, меня вполне устраивает текущее положение вещей. А ежели соученица моя чего хочет — пусть об ентом прямо и говорит. Тогда и решать будем, а вздохи томные и взгляды украдкие мне до столба фонарного. Только время трачу и мыслеблудю не по делу, а мог бы в то же время — по делу.

И еще, потихоньку перевалил через половину срок, отмеченный Лешим для моего пребывания в егойном рабстве. Причём, выходила у меня довольно забавная картина: чин у меня был децемвира, в котором я службу и справлял. Чин сей самим фактом своего наличия мне формировал так называемый “гражданский ценз”. То есть, год в чине отслужив, я мог спокойно подавать прошение о присвоении гражданства, причём отказа мне быть не могло: либо меня начальство чина лишает за несоответствие, либо исполняю я обязанности как должно.

И тут вот в чём заковыка: гражданам Полис обучение в Академии обеспечивал. Это одно из основополагающих гражданских прав было, за кои и обязанности возлагались. Соответственно, ежели абстрактно подойти, то и не нужно мне в Управе отслуживать срок весь. Получить гражданство, подать документы в Академию, да и плюнуть на Управу и Лешего.

В протекцию, им обещанную, я не то, чтобы не верил. Тут скажем так, необходимости в ней настоятельной не видел. Будет — хорошо, ну а нет — так и леший бы с ним.

Но при всём при этом, будет мой уход из управы за полгода до срока означенного некоторым свинством. А овечка моя меня вепрем называет, а никак не свинотой злостной. Соответственно, срок отслужить надо, сие хорошо и правильно.

Ну а ежели его Злонравие начнёт юлить, тщиться рабство моё продлить, то уже и послать можно будет. Так-то вряд ли, но леший этого Лешего знает, разумно рассудил я.

Но к чему у меня мысли появились об Академии: доступное мне я изучил, просеяв лавки книжные мелким ситом. Даже ряд экспериментов поставил, не имея источников данных. Как следствие, нужна уже специализированная, академическая литература, как и академические лаборатории.

Слушателям сие, кстати, доступно, при наличии и одобрении куратора. В общем, выходило у меня, что десяток месяцев я к своей цели приблизиться не смогу, по крайней мере, прямо: только оттачивать изученное, в разделе штудий эфирных. Небесполезно, безусловно, но у меня в представлении был этакий гоночный тракт, на котором с одной стороны телепались лавинообразные социальные изменения. А с другой нога за ногу брёл я.

И вот бес знает, сколь вообще прожектёрство моё осуществимо, в смысле пути “дальше и выше”, но делать надо, согласно убеждениям моим. И опоздать будет обидно бесовски. С другой стороны, год — не столь много, потому как социальные изменения именно телепаются. А ругань и уход со скандалом (пусть и возможным) из Управы могут в плане не поступления, а именно работы, палки мне в колёса понаставить.