Денис Кащеев - Краденая магия. Часть 1 [СИ]

— Вот, значит, как… — ужас, порожденный в моей душе жестокими словами полковника, сменился вдруг волной безотчетного гнева. Кулаки яростно сжались, тело напряглось, голос зазвучал надрывно. — И вы… Вы еще смеете нахваливать этот ваш долбаный мир — где творится такое?! — прорычал я в лицо князю.

— За весь мир говорить не стану, но вот за Отечество не вступиться не могу, — на лице Сергея Казимировича не дрогнул ни один мускул, тон его речи также остался ровным. — Запрет обращать в холопы российских подданных действует уже сотню лет как. Покупать иностранцев — не запрещено, да. Но в большинстве случаев на родине тех ждала казнь за совершенные злодеяния, и альтернативу в виде наложения на чело печати они выбрали добровольно. Сразу к нам их не везут, выдерживают в местных тюрьмах. И то были случаи, когда идеалистично настроенные покупатели сразу же стирали печати, надеясь дать холопам волю — увы, тем она была уже не нужна… А то, что учинил купец Савва Адамов, — самую малость наконец повысил голос Огинский, — преступление, за которое он непременно ответит по закону, как только будет изловлен. В вашем мире что, нет преступников? Как-то не верится в такое. Вот и здесь, у нас, встречаются злодеи. А полиция и III Отделение с ними борются. Чаще — успешно, иногда, к сожалению, нет — но всякий раз старательно. Вот в Цинском Китае полиции нет, и преступлений не бывает. А почему? Да потому, что все поданные там дают клятву покорности Императору Поднебесной. Это, конечно, не холопская печать, но из той же оперы магия. И так же убивает у носителей личность — только не за недели, а за десятилетия. Нравится такой вариант? Вот и мне нет, — сам же ответил на свой вопрос князь, я и дернуться не успел. — То, что произошло с вашими друзьями — весьма прискорбно, — тут же снова сменил тон полковник — теперь на вкрадчивый и участливый. — Но увы: merde[1], как называют сие потомки галлов, случается. Везде случается, разве что кроме Китая. Не судите наш мир по худшим его представителям — судите по лучшим. Вот, по моей воспитаннице хотя бы, — позволил себе князь слабую улыбку.

— Ничего плохого не могу сказать о Надежде Александровне, — проговорил я — тоже уже спокойнее: запал мой был размеренной речью Огинского несколько сбит, да и, как ни крути, некое рациональное зерно в доводах Сергея Казимировича имелось. — Вам, господин полковник, я тоже весьма благодарен — и за спасение из подвала, и за кров… И готов поверить, что таких, как вы и ваша воспитанница, здесь куда больше, чем разного рода Адамовых и Милан Воронцовых. Но все же, как и сказал сразу, предпочту вернуться в родной мир. Там меня ждут, там мое место… Если верно то, что вы рассказали о судьбе моих друзей — ничто здесь более меня не удерживает. Так что… — я широко развел руками, не договорив — и так же все понятно.

— Что ж, — кинул князь. — Ваша позиция мне вполне ясна. И даже готов отчасти с ней согласиться. И, раз так, вынужден принести извинения за то, что своими словами — а в большей степени даже умолчанием — должно быть, невольно способствовал зарождению у вас некой иллюзии. Видите ли, Владимир Леонидович… К сожалению, вернуться в родной мир вы не сможете. По крайней мере, пока.

[1] Дерьмо (фр.)

в которой я спорю о сословных терминах

и знакомлюсь с сердцеведом Василием Алибабаичем

— Ну а чего вы ожидали, сударь? — в некотором даже удивлении развел руками князь. — Если бы попасть в мир-донор было легко, разве бы удалось ему остаться сущей terra incognita[1]?

— Но оказался же у нас как-то купец Адамов? — еще не отойдя от потрясения, пробормотал я.

— Оказался — случайно, — уверенно заявил Огинский. — Его караван возвращался из Китая. Порталом, разумеется — при поездках далее, чем за пару сотен верст, сие становится энергетически оправданным. Но напрямую от Пекина до Москвы канал не пробьешь — долго объяснять почему, там масса причин самого разного рода. Суть в том, что требуются промежуточные остановки, часть — обычные, часть — астральные. И если первые можно устроить где угодно — понятно, не посреди моря и не в жерле действующего вулкана — то точки вторых специально просчитываются, каждый раз заново. С учетом сезона, времени суток, фазы луны, а также числа путешествующих, их возраста и пола… Да много что учитывается. И вот на одной такой астральной переволоке Иркутская губернская экспедиция III Отделения устроила засаду — был у коллег рейд в рамках профилактики контрабанды. Адамов в оную засаду угодил, но сумел вырваться. Однако дальнейшие перемещения его каравана оказались нерасчетными — проще говоря, купец удирал, куда глаза глядят. Ну и вывалился в ваш мир. Нечаянно, стечением обстоятельств.