Виталий Останин - Стратег [СИ]

— Не стоит с этого направления двигать войска. Тут болота, потеряем темп наступления.

Ему вторил Юань Мао.

— Расходы на питание вырастают. Есть риск получить в армии эпидемию из-за болотных испарений и сырости — начинать битву с небоевых потерь не самый лучший вариант.

— Как лучше? — спросил я у подручных. — Где мы сможем пройти на Синьду, минуя все эти ужасы? Давайте, советники, не стесняйтесь.

Тут же выяснилось, что каждый имеет собственное, единственно верное мнение о том, как надо двигать войска. И о том, куда. Синьду только для меня был очевидной целью — крупный город на реке, контроль трафика товаров, естественная граница со средним Китаем. Большая часть моих командиров вовсе не считали, что завоевание Юга надо начинать именно с него.

Да, тут нужно немного назад вернуться, а то не вполне понятно выходит.

В общем, после сватовства к девице Чэн и беседы с ее божественностью Гуаньинь на меня насели командиры, требующие нового стратегического видения ближайшего будущего. Я, в принципе, и сам намеревался что-то вроде военного совета устроить, но они меня опередили. Понять их было можно — все-таки теперь у нас союз с одним из крупнейших игроков на юге Поднебесной, правда, удаленным от нас территориально. И с ними я, то есть все мы, могли уже рассматривать такие варианты, как надавать по рогам удельным владыкам Юга.

Родители моей невесты, как я уже знал, владели тремя городами, которые располагались в самом нижнем уголке карты (ее можно найти в дополнительных материалах к книге. Авт.). Линьхай, Хоугуань и Южный Цзяньань. Самым богатым из них был первый — Линьхай. Мытарь даже назвал его крупным уездным городом. Жил он за счет торговли, так как стоял на море и давал хороший стабильный доход с налогов даже во время гражданской войны. Остальные поселения удостоились от моего Секретаря только одного комментария — глушь.

Глушь или нет, а три города (их налоговая и рекрутская база в виде многочисленных деревень, ферм и рудников) были всяко лучше, чем один у меня. Родители Юэлян могли без напряга содержать порядка семидесяти тысяч пехотинцев, в то время как я на пределе сил своей микроэкономики суммарно едва-едва тянул пятьдесят. Правда, до свадьбы, которая планировалась этой осенью, то есть через два с половиной месяца, я из тех семидесяти тысяч все равно не получу ни сотни солдат, но в перспективе…

А нужны они были сейчас. Юное княжество Вэнь окружали враги. С одной стороны в столице обширной сельскохозяйственной области с названием Юйжан сидел генерал желтоповязочников Юн Вэйдун. С другой — в Синьду — правил Ля Ин. Рядом с ним, соседствуя границами со мной, располагался Чжоу Сю, владеющий морским городом Куайцзи. Ниже, в Северном Цзиньане, находился единственный знакомый из всей этой братии по книге «Троецарствие» персонаж — Сунь Цэ, сын того самого Сунь Цзяна, который отжал нефритовую императорскую печать и с ней свалил на юг.

В этой версии реальности, кстати, семейству Сунь вообще не повезло. В моей истории эти ребята крепко держали весь Юг, за Янцзы даже Цао Цао не совался — по крайней мере, до битвы у Красной Скалы. Более того, именно дети Сунь Цзяна создали одно из трех царств той эпохи — У. А тут они прозябали в крошечном лене Северного Цзяньаня. Но тоже могли помешать моим планам мирового господства.

И это я рассматривал только тех, с кем граничил. Мне пока были неинтересны владетели городов Улин, Чанша, Линлин, Наньхай и Гаолян — с соседями бы разобраться. Тем более что все они были ни разу не мирные. Тот же Юн Вэйдун спал и видел, как бы взять Поян и расширить владения Желтого неба. Господин Ля Ин постоянно совершал пограничные вылазки, Чжоу борзели — один только несостоявшийся царь У сидел в своем городке тихонько и, кажется, только и ждал кому бы отдаться.

На него мои капитаны и смотрели в первую очередь.

— Северный Цзяньань богат рисом и лесом, — убеждал меня Прапор.

— У них самое слабое войско, — утверждал Пират.

— Хорошая налоговая база, — не отставал от товарищей Мытарь.

— А мне Гуаньинь сказала, что сперва нужно брать Синьду! — не выдержав, выложил я на стол последний козырь.

Все сразу поскучнели, сделали такие лица, мол, раз богиня сказала — чего мы тут копья ломаем? Идем на Синьду! Не хотелось мне этого делать, в смысле, сразу так вопрос ставить, но ребята мне выбора совсем не оставили.

К тому же это было правдой. Основным квестом в журнале заданий сейчас стоял «Белый Тигр присоединяет Синьду к своим владениям». И там — о чудо (и результат грамотно проведенных переговоров)! — даже стояла награда! Лично мне, а не фракции, которая от взятия портового города тоже получает массу плюсов. Для меня Гуаньинь выкатила трактат под названием «Воодушевление». То есть открытие еще одного заклинания Стратега.