Виталий Останин - Маркиз [СИ]

— Древо духов, — видя мои затруднения, пришел на помощь Лю Юй. — Это оружие почтенного Бо Хэ. Оно направленно не против людей, а против духов.

— Сражаетесь? Этим? — я даже не стал скрывать удивления.

— Нет! — добродушно рассмеялся охотник. — Сражаюсь я этим!

С этими словами он потянул за нижнюю часть рукояти зонтика, и вдруг выяснилось, что он стоит посреди комнаты, держа в правой руке меч. Обычный прямой цзянь, только лезвие у него какое-то странное.

«Ну, приплыли! — мелькнула мысль. — Бык притащил убийцу, замаскировавшегося под охотника на демонов. Просто прекрасно!»

Однако, прежде чем я успел что-то сделать, например, рассечь коварного гостя «плащом полководца», Бык хохотнул и пояснил.

— Все оружие почтенного Бо Хэ из дерева. Оно не опасно людям. Но убивает (призраков?) и мертвецов.

Присмотревшись, я и сам сообразил, что в руках охотник на демонов держит не настоящее оружие, а красиво выточенную палку. Он этим дерется с мертвецами? Это что, китайский аналог осинового кола? Оригинально!

— А зонт зачем?

— Духи смотрят на него и не могут оторваться. Если кружить его вот так!

Бо Ха с удивительным проворством закрутил спицы зонтика, смазывая рисунки на бумаге в мутное пятно, внутри которого заворочались какие-то пугающие образы. Я вдруг понял, что и сам заворожен зрелищем и не могу отвести взгляда от рождаемых крутящимся зонтом видений. К счастью, охотник лишь провел необходимую демонстрацию, а не атаковал меня своими способностями.

Буквально через пять-десять секунд он сам остановил вращение, спрятал меч обратно в рукоять и принялся убирать зонт. Механизма автоматического складывания, понятное дело, в Китае не имелось. Попутно он продолжал объяснять.

— Демоны и духи смотрят на него, а я убиваю их мечом. Главное — определить тип нечисти. Сделать новый рисунок на зонте. Сейчас он подготовлен для сражения с ожившими мертвыми и демонами, у которых есть тело.

Хитро! Но я рассчитывал на нечто большее, чем китаец с зонтиком и деревянным мечом, когда посылал за Бо Хэ. Мой капрал жизнь отдал, чтобы он сюда добрался. И что? Как мне поможет этот тип?

— Вы. Мне. Помогаете? Знаете, зачем звал я? — уточнил я у него.

Второй ординарец, посланный за охотником, этого не знал, но, может, Бык по доброте душевной рассказал? Было бы здорово, а то я не очень уверен, что смогу со своим ограниченным словарным запасом донести историю о богине Гуаньинь, ее конкурентной борьбе с королем ада, и о том, как последний протоптал дорожку в мое тело.

— Великий Воин Лю Юй рассказал многое, — отозвался охотник, — но я не вижу в вас признаков одержимости.

— Нет?

Я, признаться, обрадовался. Может, после того, как Янь-ван добился отстранения Гуаньинь, он убрал печать, позволяющую превращать меня в марионетку? Вот было бы здорово! Не придется ничего делать дополнительно.

— Это ничего не значит, — обломал меня Бо Хэ. — Нужно провести ритуал и исследовать вас, мой господин. Могу приступить прямо сейчас. Как только мы оговорим мою плату.

Я аж подвис от такой откровенности. Как-то предполагал, что демоноборцы просто сражаются со злом и все такое, а у них, оказывается, дело на коммерческие рельсы поставлено. И на условиях стопроцентной предоплаты. Хотя чего я удивляюсь. Это же китайцы. Тут Ланселоты исключительно после заключения нотариально заверенного договора на дракона ходят.

— Сколько?

— Я беру обычно одну монету серебром, — ухмыльнулся тот. — Но с вас, мой господин, возьму пять.

Не понял! Это у меня настолько тяжелый случай, что ли?

Видимо, у меня на лице отобразились все мысли, и охотник зачастил скороговоркой.

— Прошу меня простить! Я не хотел обидеть стратега! Хоу Вэнь! Десять! Десять монет серебром!

Чо? Это он так торгуется, или я чего-то не понимаю? Почему еще дороже стало? Китайцы, которых я знал в своем мире, обычно снижали цену, а не повышали ее.

Бык, однако, услышав последнюю фразу охотника удовлетворенно кивнул, мол, вот, теперь нормальная цена! И тут до меня дошло!

Стоимость услуг в данном случае обозначала не совокупность дохода и затрат с чистой прибыли от сделки. Это был символ — насколько он уважает меня как клиента. Ну и рост сальдо, конечно.

Я решил не возмущаться, а то охотник таким темпами, желая угодить и подчеркнуть мою социальную значимость, догонит сумму сделки до двадцати. Просто кивнул. Десять так десять. В масштабах выплаты ежемесячного жалования для мотни арбалетчиков эта сумма в любом случае выглядела смешной.